— Хиланен, — тихо позвала я и требовательно вытянула руку. Почувствовав в ладони холодную рукоять кинжала, я, не глядя, обхватила его и, не раздумывая, полоснула лезвием по горлу пристава.

Я видела, как в изумлении раскрылись его глаза, а изо рта стала доноситься неестественная хрипота. Чувствовала ли я удовлетворение от своей мести? Нет. Но то, что я забрала его жизнь, безусловно, заставило меня выдохнуть с облегчением.

— Тули, — раздался сзади тихий голос. Я не оборачивалась, чтобы не увидеть снова лицо пристава, хоть и понимала, что это Хиланен. Мне нужна пара минут, чтобы это переварить…

— Я не знал… — так же тихо сказал собрат.

— Никто не знал. Я никому не говорила, — ответила я, удивляясь тому, как спокойно звучал мой голос. — Он сам себя выдал, — сказала я и замолчала, чувствуя, как намокает от теплой крови мое белое платье. Подол, рукава и круглый вырез были забрызганы кровью. Отлично, я выгляжу, как мясник!

— Отсюда лучше уйти, — сказал Хиланен, поднимая меня с пристава. — На площади настоящая перестрелка, но у нас явно перевес.

Монах уводил меня, спускаясь вниз по коридору. Я не сразу поняла, куда мы направляемся, но сумев различить столы в темном помещении, я поняла, что мы в самом сердце монастыря. Там, где обычно монахи приносили Духам жертвы.

— Это правда, что в Асгарде нападение? — спросил Хиланен, ведя меня за руку в центр помещения.

— Да, вы нужны там! Тебе много удалось…

Я так и не успела озвучить до конца свой вопрос, потому что услышала тихие шорохи шагов. Со всех сторон к нам приближались братья и сестры, одетые в черные монашеские одежды, с решительными выражениями лиц, они смотрели на меня немигающим взглядом. Сердце глухо ударилось о ребра, когда помещение стало заполнено так, что между нами всеми едва можно было сделать два шага.

— Тули! — раздался вдалеке чей-то тихий, но решительный голос. И тут же его подхватили другие, скандирующие мое имя, голоса. Имя, которое не было дано мне при рождении, но которое стало мне таким родным, что у меня больше не было сомнений в том, что оно – мое.

Моя голова закружилась от нахлынувших эмоций. Я понимала, что все они пойдут за мной на верную смерть, только из-за того, что это, наконец, освободит их жизнь от вечного рабства перед твердолобым сенатом. И этот мимолетный глоток свободы — самое дорогое, что свершилось в их тихой, полной подчинения, жизни…

— Духи с нами! — выкрикнула я и схватила плечо Хиланена и незнакомого мне стоящего рядом брата. Они последовали моему примеру, затем другие, пока все мы не были соединены друг с другом. Осталось только закрыть глаза и сосредоточиться…

POV Локи

Отец всегда был хорошим стратегом, но то, что произошло в этот день, не мог бы предугадать ни один величайший военачальник…

Корабли Читаури были окружены летящими рядом мертвыми душами из мира моей дочери. А потому, получая удары, направленные на корпус кораблей из оружий Мира Богов, души лишь разлетались в стороны, а затем снова собирались в плотную защиту вокруг корабля. Можно только догадываться, какой разговор состоялся у Хель со своей матерью… Если вообще состоялся…

— Тор, так ничего не выйдет! — крикнул я брату. Читаури со своих кораблей бесцеремонно обстреливали город, паля и по мирным жителям и по ружьям, что безуспешно пытались пробить оборону.

— Вижу! Их надо отвлечь! — воскликнул Тор и тут же стал раскручивать молот, чтобы взлететь вверх. Когда брат вознесся в небо, к нему тут же устремилась часть душ, которая покрывала корабль, но мертвые не такие расторопные, как следовало бы им быть. И в образовавшуюся в защите прореху тут же был направлен огонь из всех орудий, что стреляли со стен дворца.

Внутренне я уже стал ликовать, увидев, как Тор гоняет за собой мертвых, стараясь пролететь как можно ближе к начавшему взрываться корпусу корабля, но… На это никто не рассчитывал…

После первых взрывов небо накрыла багровая вспышка, медленно растекаясь и словно высасывая жизнь из всего, что встречалось на своем пути. Я увидел, как снег превратился в багровый пепел и подумал, что наблюдал уже это явление однажды. Это Эфир. Корабль был полностью наполнен Эфиром. Мы сами подписали себе смертный приговор…

Но неожиданно на Бивресте показалась маленькая фигура, сжимающая в вытянутой перед собой руке небольшой железный предмет. Эфир, словно учуяв нечто, устремился к фигуре в бело-красных одеждах и начал с огромной скоростью словно вливаться в железный предмет.

Это Тули, сжимающая в руке Перчатку Бесконечности. А позади нее целый выводок испуганных, но все-таки агрессивно настроенных монахов. Эта девчонка полна сюрпризов… Перчатка поглощала в себя Эфир. Тягучая, неподвластная ни одной емкости субстанция послушно заполняла свое законное место в Перчатке, готовая подчиняться воле своего хозяина. Надеюсь, у Тули хватит ума не надевать ее.