Рюдзин склонил голову набок.

— Он просто спит.

Его голос был тихим и хриплым, низкие тона и странный акцент. Пайпер напряглась, он опустился рядом с ней и посмотрел на Эша, потом на нее. Чешуйки-капли на его лбу слабо сияли его магией.

— Он спит? — она была потрясена, что он ответил. Она нервно посмотрела на двух драконов, лежащих рядом с ним, как серебряные стражи. — Они заставляют его спать?

Рюдзин не ответил. Он пару долгих секунд разглядывал ее.

— Он твой?

— Он… что? Эш? Да, он… мой друг, — пролепетала она. — В-вы его разбудите?

Он снова проигнорировал ее ответ, рюдзин плавно встал на ноги.

— Погодите, вы должны его разбудить! — она поспешила встать, когда он развернулся. — Погодите!

Рюдзин двигался к реке. Пайпер бросилась за ним. А если Эш будет спать вечно? А если не проснется?

— Стойте! — завопила она.

Рюдзин сошел с каменистого берега в воду глубиной в два фута. Вода в пруду вдруг застыла, поток пропал. Вместо искрящейся ряби он шел среди стекла, идеального зеркала, отражавшего небо.

Пайпер остановилась на последних камнях.

— Вы меня исцелили?

Он остановился. Он повернулся к ней и склонил голову набок.

— Когда ты будешь готова, мы будем тебя ждать.

Он повернулся и нырнул в воду. Он едва побеспокоил поверхность и пропал под ней. Она смотрела на слабую рябь, а потом удивленно вздохнула, когда три больших дракона появились из ниоткуда, пронеслись мимо нее и бросились в пруд. Со стуком гибкие тела пропали в воде, взмахнув хвостами с плавниками.

Она смотрела на место, где пропал рюдзин. Это должен быть он. Кто еще исцелил бы ее? И почему он не убил ее или Эша? Она была уверена, что он был готов убить Эша, когда она закричала. Тряхнув головой, она отвернулась от тихого пруда и подбежала к Эшу.

Она упала на колени рядом с ним и коснулась его плеча.

— Эш? Эш?

Его веки затрепетали, глаза медленно открылись. Туманные серые глаза встретились с ее. Он скользнул взглядом по ее лицу, хмурясь. Пайпер улыбнулась ему дрожащими губами, радость заполнила ее.

— Эш, ты в порядке?

Он поднял руку и коснулся ее щеки. Она застыла, он смотрел на нее.

— Ты умерла, — прошептал он.

Она судорожно выдохнула.

— Нет, почти умерла. Но теперь я в порядке. Исцелена. Видишь?

Она вытянула руки. Ее рубашка, застегнутая над лифчиком на две последние пуговицы, раздвинулась, открывая ее целый живот. Она не знала, что увидел Эш, когда расстегнул рубашку, но, судя по ее реакции, вид был ужасным.

Его взгляд скользнул, проверяя ее тело на раны, а потом вернулся к ее лицу. Туман пропадал из его глаз, взгляд быстро стал резким и потемнел. Его ладонь еще лежала на ее щеке, мышцы руки напряглись.

Она нахмурилась.

— Эш, я в порядке. Клянусь, — настаивала она, стараясь звучать успокаивающе. — Я не умираю, рюдзин ушел, и…

Его ладонь скользнула от ее щеки к ее шее и сжалась. Он притянул ее с силой, а потом прижался губами к ее губам.

Поцелуй не был агрессивным, как до этого. Этот был медленным, напряженным, нежным, но в чем-то вызывающим. Ее ладони нашли его лицо, пальцы скользили по его челюсти, пока его губы двигались поверх ее. Он удерживал Пайпер на месте рукой, не давал ей шанса отодвинуться, а она и не пыталась, пока другая его рука скользнула по ее пояснице, горячая на ее коже.

Только когда у нее чуть не закружилась голова от нехватки дыхания, он позволил ей поднять голову и вдохнуть. Она скользнула пальцами по его щеке, заглянула в темные глаза, что еще не почернели.

— Хватит так со мной делать, — хрипло прошептал он. — Я больше не выдержу.

— О чем ты?

— Твои смерти. Сколько раз ты собираешься умереть в моих руках?

Она фыркнула.

— Я же не спец…

Он притянул ее для еще одного поцелуя. Пайпер растянулась на его груди, ослабев от тепла, бегущего по ней. Эш целовал ее медленно, размеренно, с напряженно решимостью, какую она видела в нем в бою, пока ее тело не начало покалывать от приятного жара.

До этого они были страстными и голодными, желание заставляло ее задыхаться от отчаянной необходимости быть с ним. Но это было другим. Глубже. Сильнее. Это была не похоть. В этот раз жар был в ней, в нем, напряженный и страстный, но не только. В этот раз ей нужно было держать его, касаться его, целовать его, но не больше.

Животный писк раздался за ними.

Пайпер вырвалась из мечтательного состояния, вскинула голову и увидела Цви. Она опустилась на голову Пайпер, хлопнула крыльями по ее лицу, радостно чирикая. Пайпер села, и Цви спрыгнула на ее колени, ткнулась носом в ее живот, счастливо щебеча. Улыбаясь, Пайпер притянула Цви ближе и погладила ее спину. Цви урчала, покачивая хвостом, словно не могла сидеть на месте.