Компьютер молчал. Я потряс браслет на руке, но ИИ так и не ожил. На секунду у меня даже возникло иррациональное сравнение искусственного интеллекта с обиженным человеком, который не желает отвечать.

Наступила осень, потом снова зима. День за днем я наблюдал, как ветви и стволы деревьев обнажаются, скрючиваются, уменьшаются в размерах, усыхают и превращаются в уродливую бесформенность. А затем смотрел, как их заливает дождь, превращая красивое место, наконец, в то, чем оно и являлось по своей сути: в серое грязное ничто, скучное и неживое.

Лира нашла меня на границе, за которой кончалась благоприятная среда и начинался ядовитый лес. Утопая в скользкой жиже ногами, я нервно метался вдоль невидимой демаркационной линии, пытаясь решить, делать ли шаг к смерти… но зато ближе к цели. В прошлый раз мне это удалось, я выжил, а зона безопасности передвинулась. Получится ли так же на этот раз? Во мне еще был силен инстинкт самосохранения, чтобы сознательно шагнуть в зону отчуждения.

– Ты хочешь улететь, - раздался позади меня мелодичный голос девушки, которую я уже много дней не видел. Не знал, о чем она думала все это время, пока я избегал ее, страдала или, с привычной ей невозмутимостью, уважала мое стремление к уединению, как всегда не думая о себе. И это ее качество больше не вызывало умиления.

– Посмотри! – показал я ей пальцем вдаль, где можно было разглядеть обнажившийся металлический корпус «Ребра Адама», ровный, блестящий от воды, без зияющих дыр, коррозии и вообще без видимых повреждений. – Там была пробоина, и с другой стороны, я точно это знаю. А сейчас субмарина выглядит целой. Что за обман зрения?

– Это не обман, - тихо сказала Лира, и я с удивлением оглянулся на нее.

Волосы девушки, намокшие под дождем, безжизненно свисали вдоль лица, путаясь в складках мокрого помятого комбинезона. Кожа была бледной и болезненной, и весь внешний вид кричал о том, как ей плохо. Я почувствовал укол совести. Но есть вещи, которые человек не в силах изменить…

– Вы починили корабль? – догадался я, в сердце зажглась надежда вкупе с отчаянием – ведь, как бы я ни желал оказаться там, по-прежнему не мог туда добраться.

– Почти, - кивнула она. – В следующем сезоне он будет готов к отлету, осталось разобраться с антигравитационными двигателями и внутренней системой водоснабжения.

Мое лицо неудержимо захватила улыбка. А ликованию было мало сердечных границ, оно рвалось наружу вместе с возгласами счастья.

– Не могу поверить, Лира! Это правда?! Я хочу туда! Пожалуйста, скажи, что это возможно.

Я тряс ее за руку, на красивом лице дрожали полные розовые губы, а в карих глазах отразилась растерянность.

– Я должен попасть туда, как ты не понимаешь! – Я умолял как ребенок, у которого отнимают детство навсегда. – Там вся моя семья! Там мой мир, моя жизнь, мое счастье. Я бы очень хотел, - сделав шаг ближе и понижая голос до шепота, я поднял руку и провел кончиками пальцев по влажной щеке Лиры и вдоль изящной шеи, - остаться здесь, но ты пойми, я никогда не смогу быть с тобой полноценно. Мы пытались. Ничего не вышло, посмотри на нас. К тому же, корабль не может улететь без капитана.

– Он не будет без капитана. – Полоски влаги, бегущие по лицу девушки, были неотличимы от слез, но я уже не мог представить их настоящими. Лира была всего лишь подобием человека, ей не понять моих чувств. Она просто воссозданная картинка.

– Я понимаю, что нет незаменимого капитана, - просил я, – и команда найдет, кто ими будет руководить. Но я так сильно хочу вернуться к звездам. Не могу я больше находиться здесь, в этом скучном, чересчур идеальном месте.

– Останься со мной, – заплакала девушка, заглядывая глубоко в мои глаза. – Я сделаю все, что ты попросить. Хочешь, чтобы я кричала? Научусь. Этот лес может вырастать каждую весну другим, и ты никогда в нем не заскучаешь, обещаю. Мы можем завести детей…

– Нет, нет… - отшатнулся я, не желая слушать. Я был потрясен тем, как искажаются от волнения любимые черты, но больше не хотел делать новых попыток. – Это место мертвое, Лира. Ты не понимаешь, но там, - я показал в сторону корабля, - там моя жизнь. Не тут.

– Пожалуйста, дай мне шанс… - она наступала, я отодвигался, приближаясь к опасной черте. Я хотел бежать. Просто развернуться и кинуться в ядовитую зону, наплевав на свою жизнь. Риск – это тоже то, что делает человека человеком. Разумный расчет не нужен всегда и во всем.

Развернувшись, я пошел вперед, сначала медленно, затем быстрее, боясь передумать.

Лира, едва поспевая за мной, продолжала просить:

– Ты не можешь поступить со мной так, ты мне нужен. – Она пыталась взять меня за руку, но я вырвал ладонь и шел, не глядя, потому что боялся, что слезы девушки заставят меня передумать. Я уже все решил. Даже если это опасно для меня. Даже если это причинит Лире боль.

Я быстро спускался по склону к низине, дыша через нос. Воздух менялся, становясь густым, кислым, горьким, как жгучий перец. Но я упрямо продолжал двигаться. Меня и корабль разделяло огромное расстояние в пятнадцать километров! Но если мои предположения верны, то вскоре там, где меня настигнет потеря сознания, снова можно будет дышать. Тогда я встану и двинусь дальше. Буду делать это до тех пор, пока не окажусь у цели. Сработает ли это и сколько времени займет, я не знал, отказывался мыслить разумно и слушать предостережения Адама. Я отключился от всего.