Я непроизвольно уронил руку на голову вурдалака и потрепал его по волосам.

– Хороший Рук.

Вурдалак потерся о ладонь.

– Рук молодец?

– Молодец – кивнул я. Глотка, измученная жаждой, постоянной тошнотой, частенько переходившей в рвоту, и, начавшая уже отвыкать от регулярной речи, выдавливала слова с трудом. – Жижа. Искать.

Источник обнаружился прямо на центарльной площади поселения. Когда-то здесь был фонтан со статуями, сейчас даже нельзя было разобрать, что представляли собой фигуры – все разрушено до неузнаваемости и покрыто пульсирующими черными лепешками, которые меня давно не смущали. Сперва было мерзко, но повредить ни мне ни вурдалаку Скверна не могла, и я перестал обращать на нее внимание. Главное, что из разбитых камней еще сочилась вода.

Я напился, умылся и набрал фляжку.

– Спать? Здесь?

– Тихо. Рук-Рук! Спать.

Я кивнул и отправился к ближайшему зданию. Перешагнул через разбитую дверь и остановился. Вдоль стен стояли саркофаги. Меня угораздило завалиться в склеп. Я уже собирался выйти, и поискать другое место, как что-то привлекло мое внимание. Я настолько привык находиться на границе Тени, что мне уже почти не нужно было отдыхать, и проблем с ориентацией в пространстве у меня не было. Более того, я обнаружил, что смотреть через Завесу – куда удобнее, привык читать ее. И сейчас она была искажена. В самом дальнем конце зала. Словно там было… Что-то было.

Я прошел через зал и остановился у дальнего гроба. Он, как оказалось, сильно отличался от всех остальных – во-первых, гроб был моего размера. Я имею в виду длинный, совсем не такой как гномьи. А во-вторых, он был открыт. Внутри обнаружился скелет. То ли человеческий, то ли эльфийский. Несмотря на полнейшее отсутствие плоти скелет не развалился и сохранил ту самую позу в какую его уложили – на спине, руки сложены на груди. И эти руки держали за рукоять Дар’Мисан. У меня вырвался хриплый вздох удивления. Меч был потрясающе красив, но дело было даже не в этом – он придавливал собой стопку бумаги, которая почему-то не истлела.

Я пару секунд посомневался, но решил, что Тени виднее, и протянул руку. Едва я коснулся рукояти меча, как скелет рассыпался в прах. Бумаги лишенные опоры упали на дно саркофага, меч я успел подхватить.

Вынул клинок и покрутил в руках. Никогда не видел ничего подобного.

Металл мне определить не удалось. Это был не веридий, не сильверит и даже не люстр, который я видел-то пару раз в жизни. Что-то совершенно незнакомое, куда лучше. Одна сторона клинка была черной, а другая – белой, причем, это явно была не краска, таков был сам материал. На черной была надпись «Умереть живым», а на белой – «Жить мертвым».

Я вздрогнул. Сколько ему лет? Тысяча? Больше? Язык человеческий, но…

Слухи не врали – на глубинных тропах можно было встретить настоящие сокровища. Кажется, я нашел пару для меча Алистера. Кривой, но привыкну. И рыжей не передам, это точно. Это меч эльфа, и только так. Даже такой отщепенец от Народа как я должен понимать такие вещи.

Я вытащил из саркофага бумаги, и сложил к остальным, все так же бывшим при мне. Вышел наружу.

– Рук-рук? – вопросительно взмахнул руками вурдалак.

– Дом – фу – пояснил я. – Спать в другом.

Рук подпрыгнул и поскакал на противоположную сторону площади. Я еще раз пробежался пальцами по рукояти и пошел следом.

====== XVII Дырки ======

Комментарий к

XVII

Дырки Новый претендент на звание самой рукожопой главы. На редактуре поправлю, хочется поскорее закончить с тропами, ибо самое для меня жесть сложное и мутное.

Общая суть не изменится.

Наверное, я сошел с ума. Или умер, и сейчас смотрю предсмертные галлюцинации. Уже много туннелей (тысячу? две тысячи? не знаю) я в компании безумного вурдалака путешествую по Глубинным Тропам. Все что было до этого постепенно покрывалось синеватым туманом Завесы, становилось нереальным. Там не было туннелей и фляжек, нечего было считать. Редклифф, Винн, взрыв башни, дракон. Было ли это? Моя служба в Волонтерах вообще казалась бредовым сном. Спасали только мысли о Лелиане. Ее я еще помнил.

– Рыжая-рыжая – приговаривал я Руку облизывая пересохшие губы.

– Рыж-рыж! Рук-рук! Как?

– Как? Солнце? – я на мгновение засомневался. Я вообще видел солнце? – Рыж. Рук. Стекляшка. Видел?

– Рыж-рыж! Рук! Огонь-жижа!

– Да. Огонь-жижа. – соглашался я, моментально забыв про солнце. – Лава. Рыж-рыж.

– Огонь-жижа – назидательно поправлял меня вурдалак, тыкая пальцем в бурлящее неподалеку озеро расплавленного камня, и мы шли дальше. Мимо огонь-жижи. Мне часто хотелось ее потрогать, но Рук говорил нельзя. Нельзя значит нельзя.

Первую фляжку я пел. Потом понял, что от этого становится только хуже – голос слишком гулко разносился по подземельям, еще четче заставляя понимать, что вокруг на много туннелей никогого живого. То есть разумного. Живого было хоть обожрись. К тому же это привлекало врагов, и Рук молотил меня по ноге, требуя чтобы я заткнулся.

Тогда я начал в голове рассказывать самому себе истории. Про себя самого, потом про ребят из Блэкстоуна, про каких-то других людей, которых я то ли знал, то ли просто выдумал, но истории быстро превращались в монотонное «рыж-рыж-рыж-рук-рук» и я прекратил.