Следом, что-то причитая, из отверстия выполз Рук.

Этаж. Еще один. Здесь надо ползти тише, порождения тьмы совсем рядом. Могут услышать. Проползти мимо них. Еще выше.

Вот здесь. Я повис на одной руке и, вцепившись другой в оконный проем, выдрал камень. Он кувыркаясь полетел вниз. Я мимоходом оценил высоту. Футов семьдесят. Много. Потом еще один камень. И еще. Извиваясь, заполз внутрь. Присел, вытащил оружие. Никого.

Небольшое помещение, лестница вниз. Там тоже пусто. И коридор в глубину. Рядом приземлился вурдалак.

– Рук-рук?

– Там.

Он оскалился и пошел вперед. Я – за ним. Комната. Коридор. Комната. Большая, с точно такой же лестницей и тоже пустая. Только прислоненные к стене стояли каменные плиты со значками. Записи. Как они называются? Скрижали. Часть была разбитой, большая часть. Но та плитка, которая меня позвала была целой.

Я подошел и провел по камню рукой, ощутив ладонью буквы. Приятно. Я провел еще раз. Что здесь написано?

Сзади раздался шорох. Я круто развернулся и увидел врага, стоявшего на лестнице.

– Визгляк! – заверещал Рук и бросился на тварь. Та выбросила вперед неестественно длинную руку и, перехватив вурдалака на полпути, прошвырнула мимо себя. Тот улетел с лестницы.

Я рыкнул и прыгнул вперед, но тут визгляк, оправдывая свое название, завопил.

Мне заложило уши и я отлетел назад в кучу обломков. По камню пошли трещины. В этих криках явно была какая-то магия, обычный звук такого эффекта не производит, каким бы громким он ни был.

Из носа хлынула кровь. Я зашипел, выплевывая красные капли, и рванулся, но встать не получалось – воздушная подушка давила на грудь не хуже каменной плиты. Оружие выскользнуло из рук, и те упали на каменную кучу. Пальцы обхватили какой-то булыжник.

Снаряд пришелся порождению в плечо, и его развернуло. Вопль прервался. В следующий миг я уже схватил тварь за шею и приложил об стену. Удар. Удар. Порождение снова открыло пасть чтобы завопить, и я двинул ему кулаком. Удар!

Я молотил тварь об камень пока голова не превратилась в бесформенную лепешку. Отбросил труп в сторону и метнулся вниз по лестнице.

Подскочил к вурдалаку. Тронул его за плечо.

– Рук? Рыж-рыж, Рук цел?

Тот заскулил от боли но пояснил

– Стукнули! Стукнули ногу! Рук!

Оказалось, что это был всего лишь ушиб. Через пару минут вурдалак поднялся и попытался пройтись. Он немного прихрамывал, но передвигаться мог.

Я оставил его в покое, вернулся к камню и попытался разобрать гномью тарабарщину. Язык Ферелдена произошел от гномьего, должно было быть что-то общее. Вот это определенно «дом». Но дом – это в котором живут, или который благородный? Фен-Харел его знает. Я на секунду застыл. Фен-Харел. Ужасный Волк, да. Бог.

Я прикрыл глаза. Осознавать – это было прекрасно. Ферелден. Фен-Харел. Орзаммар. Лелиана. Винн.

На краю восприятия, оборвав мысль, что-то мелькнуло. Я открыл глаза и ничего не увидел. Прикрыл обратно, втянул носом воздух, шевельнул ухом. Оскалился.

Это определенно было порождение тьмы, но такого большого мне встречать еще не доводилось. Пятно скверны было огромным и пульсировало как сердце. Отвратительное, исходящее черным гноем сердце. Сжатие. Толчок. Пузырем выплескивается слизь. Сжатие. Толчок. Слизь.

– Новые – прохрипел я. Повернулся к Руку, все еще стоящему внизу и повторил – Рыж-рыж. Новые.

– Мама – кивнул вурдалак. – Рук, злая.

Я шагнул в направлении которое вело к ней.

– Нет! – Рук мгновенно взлетел по лестнице и оказался рядом, взепившись мне в изодранные штаны. – Мама злая! Рук-рук-рук! Стекляшка не идти!

Но мне надо было идти. Надо было туда. И быстро. Тень шептала.

Я, не отдавая себе никакого отчета в своих действиях, выдернул штанину и побежал. Пролетел коридор, пройдя по которому мы оказались здесь, и выскользнул в проделанную мной дыру. Сполз вниз, практически слетел. Кажется, головой вниз.

Приземлился и побежал. Заскочил в дом. Слева выскочил гарлок. Я отпрыгнул в сторону, потом в противоположную. Пнул тварь по ноге и отрубил руку. Побежал дальше. Быстрее. Еще быстрее!

У выхода из коридора еще двое. Выставить меч и протаранить одного, сблокировав его удар. Отшвырнуть в сторону. Вниз! Почти лежа на земле подрубить ноги второго. Лезвие далеко, рукоятью в голову. И еще раз. Вскочить на ноги.

Я оказался на галерее, шедшей вокруг большого прямоугольного зала. И Сердце было внизу. Большое. Мерзкое.