Прятался у оврага, но потом надоело. Комары, мухи ещё какая-то летающая и кусающая хрень! Витёк спрятался дома, благо что никого не было. Лимонаду попил, салатом, оставшимся, закусил. Послонялся без дела, захотел телевизор включить, но тут зазвонили. Он на цыпочках прошёл к двери и посмотрел в замочную скважину. Мало что увидел, но и этого ему хватило. Это были не ребята со двора. Ничего не видно, да и голоса бу-бу-бу. Громкие, уверенные и глухие.

Вернулся в комнату и залез под кровать. Поместиться там было сложно мешали и ящик с игрушками и армейский рюкзак отца, с которым Витёк ездит в пионерлагерь. Как-то расстроился. Ясно что за ним из-за разбитого стекла. Милиция. Вон их сколько, да ещё с Мухтаром. Собаки Витя не видел и не слышал. Но как же, милиция может прийти за ним без Мухтара? Рогатку он же бросил. Значит тот по следу милиционеров привёл. Отпраздновал день рожденья, выпил лимонада - в тюрьму! Что такое тюрьма он знал по фильмам. Ему казалось, что это что-то вроде пионерлагеря для взрослых. Кормят, поят, на прогулку выводят. Отбой, подъём. Разница небольшая, пионер руку наискось у лба держит, а арестованный за спиной. Он пустил горячую слезу и начал вспоминать фильмы где герои томились в тюрьме. Он стал подумывать о напильнике, но что-то заснул.

Мужики, втроём, как-то уместились на лавочке у подъезда и начали ждать Ивана Хромова. Тимофей, не успел выкурить и папиросу, как увидел его с женой Татьяной, идущими от автобусной остановки. Он первым встал с лавки, затушил папиросу о каблук и забил её этим каблуком в землю. За ним поднялись и остальные. Хромов заметил это и замедлил шаг, понятно, что по его душу. Вроде и лица знакомые. Это же Тимофей - отец Толика. Что-то случилось.

– У мужиков, тут дело ко мне!
– Кивнул он жене на троицу.
– Домой иди, посуду мой, ну и всё такое.

Татьяна ужиком проскочила между мужиками и вошла в подъезд.

– Что?
– Посмотрел Иван на Тимофея.

– Вон!
– Показал тот на разбитое окно на втором этаже.

– Мой?

– Твой. Но мы и себя ответственность не снимаем.

– Тогда сначала.

Семён начал скрупулёзно, шаг за шагом, рассказывать о предшествующих разбитию окна событиях с ним. Это было так нудно, что когда Семён добрался до момента открытия окна, Иван прервал его.

– Понятно, что ничего не понятно. Так мы ситуацию будем выяснять до второго пришествия. Без бутылки здесь не разберёмся. Ждите.
– Он повернулся и вошёл в подъезд.

Дома его встретила встревоженная Татьяна.

– И шо?

– Ты не у себя в Николаеве. Сколько лет прошло, а ты всё шокаешь!

– Волнуюсь Ваня. А когда волнуюсь всякие чито - забываются. Серьёзное что-то?

– Догадайся с одного раза. Наш юбиляр соседу окно разбил.

– При Лоре?

– Повезло. Она сегодня на приёме. Но до её прихода надо успеть.

– А точно это Витенька?

– Хорошо, что ребята свои, с понятием. А то бы Лора поставила всех на уши, а там Витенька, не Витенька никого бы не интересовало. Ты посмотри как кабанчика откормила. Везде это сало! Скоро сало начнёшь в шоколад заворачивать!

– А как же без сала?

– Явится, запереть в туалете и до моего прихода не выпускать.

Иван взял глубокую эмалированную миску наложил в неё остатки порезанных огурцов, помидоров, немного варёной картошки и много сала. Посмотрел на початую бутылку водки на столе. Не слишком он со своим братцем сильно её уговаривали, но с открытой идти неудобно. Он достал из холодильника целую, засунул в карман брюк и вышел из квартиры.

3.

– В беседке беседовать неудобно.
– Сообщил Хромов партнёрам по оконному делу, оглядев двор.
– Может к тебе в гараж, а Тимофей?

Тимофей кивнул и все пошли к сараям.

Обсуждение ситуации прошло быстро. Водка моментально закончилась. Их же четверо. Что тут пить?

– Подведём итоги.
– Тимофей, как хозяин выполнял роль спикера.
– Мы с Петей идём на рынок. Там, где райпо шкуры принимает, по субботам, под навесом, стекольщик. За стекло рупь, да за работу тоже, а может наоборот. Ты Иван вынимаешь стекло, а Семён идёт в магазин.

– И что купить?

– Портвейном обмывать стекло...
– Начал пояснять Пётр.

– Только водка. Она прозрачная и стекло прозрачно. А если твоя Лора увидит на стекле разводы портвейна?

– А давайте я пойду!
– Сказал Иван.
– А Семён пусть стекло вытаскивает. Оно у тебя на штапике или в замазке?

– Ребята вы правы. В магазин иду я!
– Встрепенулся Семён. Что такое замазка он знал, а вот штапик?

Иван протянул два рубля Тимофею.
– За стекло.
– Потом осмотрел верстак.
– Стамеску дай!

– На!
– Протянул стамеску Тимофей и какой-то кулёк завёрнутый в коричневатую обёрточную бумагу.
– Это замазка.

Тимофей и Пётр вышли со двора, пересекли улицу и пошли через другие дворы к рынку.

– Стой!
– Схватил Пётр за руку Тимофея.
– Мы же размеры не знаем.

– Так оно же стандартное?

– Не скажи! Опытный резчик всегда по паре миллиметров оставляет с разных сторон. А на замену надо замеры проводить со всех сторон. Перекашивается рама.

– Вон, смотри, окно открыто! Пойдём, хоть пальцами замерим!

– А тебе хозяйка веником по башке!

– В этом доме на первом контора какая-то, а жильцы на втором.