– А я бы сейчас с удовольствием туда вернулась и пила свой чай.

– У вас был чай?..
– в голосе Охотника прозвучал настоящий интерес.

– Был, - вздохнула Мэри.
– Мы его вспоминали. С ягодами... Ароматный, как лесная полянка.

– Я даже не помню, что такое чай, - усмехнулся Охотник.
– Ну вы, девочки, молодцы.

– Да уж, не отказался бы и я от чашечки чая сейчас, - вздохнул Рубашечник.

Энн вдруг изменилась в лице, вскочила на ноги и захлопала ладонями по сумке.

– Чайник!
– крикнула она.
– Я же взяла его с собой!

Мэри радостно взвизгнула и бросилась помогать близняшке. Вместе Мэри-Энн достали чайник, охватили его с обеих пузатых сторон и сосредоточенно посмотрели друг другу в глаза. Охотник наблюдал за ними со все возрастающим интересом, Рубашечник терпеливо ждал, а Бетти гладила Таобсьера и смотрела на выход из пещеры. Она думала не про чай, а про скорое возвращение домой, пытаясь вспомнить, что же такого хорошего ее там ждало Таобсьер заворчал и пополз ей по плечу куда-то за спину. Бетти неловко вздрогнула, когда ветер потянул за одну из тонких нитей и впитал ее в себя, и только махнула рукой: маленькому ветру, наверное, гораздо нужнее, чем ей, воспоминание об улице Высоких Осин, которая зачем-то еще недавно так сильно интересовало ее.

– Бетти, Бетти!
– окликнула ее Энн.
– Ты будешь чай? Мы вспомнили свой самый вкусный чай!

– Только у нас совсем нет чашек. Но мы будем пить из носика, - Мэри села и аккуратно расправила оборки своего перепачканного в земле платьица.
– Будем нарушать все правила этикета!

И первая прижала носик ко рту, сделав осторожный глоток. Лицо ее прояснилось.

– Это правда самый лучший чай из всех, который нам удалось вспомнить!
– воскликнула она с таким восхищением, что Энн немедленно отняла у нее чайник и отпила.

– И правда, - с тихой гордостью сказала она.
– Таких воспоминаний у нас еще не было.

Она передала чайник вежливо ожидающему Охотнику. Бетти с ленивым любопытством наблюдала, как разгладились черты его лица после первого же глотка.

– И правда: хороший чай, - кивнул он.
– Может быть, мне и не с чем сравнить, но вкус и запах сейчас определенно приносят радость.

– Как будто тебе хоть что-то может принести радость, - буркнул Рубашечник.

Охотник неопределенно хмыкнул в ответ и протянул ему чайник, удерживая за изящную фарфоровую ручку. Чайник странно сочетался с его мужественным нелюдимым обликом, так что Бетти тихо хихикнула. Рубашечник забрал чайник и сделал большой глоток.

– Люблю ягодный, - сказал он с тихой благодарностью, глядя на Мэри-Энн. Близняшки сияли.

Таобсьер подтолкнул Бетти под локоть, и она тоже потянулась за чайником. Чая ей не хотелось, но лишних вопросов о том, почему она отказывается и хорошо ли себя чувствует, она не хотела тем более. Маленький ветер как будто чувствовал ее настроение и направлял обратно к рассевшимся в круг попутчикам. Бетти забрала чайник, стараясь по возможности не прикасаться к Рубашечнику. У нее и раньше не было поводов ему доверять. Теперь, когда появился Охотник, она окончательно решила держаться от него в стороне. Им все равно идти одной дорогой, но доверять ему больше она бы не решилась.

Чай и правда оказался замечательным, душистым и ароматным. Бетти мысленно вернулась на полянку в Лесу, где впервые встретилась с Рубашечником. Ей показалось, что это было давным-давно, годы, годы назад...

Бурные обсуждения дальнейших планов привели к тому, что возглавить отряд должна была Бетти, ведь Таобсьер слушал только ее. Охотник сказал, что будет прикрывать ее от Татгэвита, если вздорный ветер решит в открытую на них напасть. Близняшки должны были идти в середине и крепко держать сумку с картой, а Рубашечнику оставалось только прикрывать отход.

– И если ты попробуешь струсить...
– прорычал Охотник, но Рубашечник спокойно встретил его взгляд:

– Не стоит так со мной говорить, - мягко попросил он.
– Я обещал, что доведу Бетти до Старой Церкви, и я сделаю это. Я сам ничего не желаю сильнее, как оказаться рядом с ней.

– Почему ты уверен, что Старая Церковь поможет тебе?

– Потому что ничего другого мне не остается, - упрямо сказал Рубашечник и стиснул кулаки.
– И тебе тоже, иначе ты не блуждал бы в поисках и не прятался от своей всеглазой хозяйки!

– Я не...

– Ну да, конечно, ты просто так сидишь в пещере!

– Хватит, хватит!
– Бетти влезла между ними.
– Почему вы все время спорите? Мы же сейчас на одной стороне?

– Я никогда не был с ним на одной стороне, - хмуро возразил Рубашечник и отвернулся.

Бетти открыла было рот, чтобы сказать, что знает про их общие дела, но осеклась. Какие бы секреты ни объединяли Рубашечника и Охотника, ей не стоило в это лезть. У нее еще будет время задать вопросы, но сейчас ей больше всего хотелось добраться уже куда-нибудь