Но он пренебрег подобной заботой, ведь поддержка Аморы всегда подразумевала близость. А близость - главный враг для любых магических щитов.

– Твоя поддержка слаще меда. Приходи ко мне.

То, что он снова опоздает на прием в свою честь, мало волновало Локи.

***

Это был потрясающий по своей красоте зал. Достаточно просторный, чтобы вместить всех выживших асгардцев, он был выкрашен в золотые тона, а стены его постепенно покрывались фресками. Под потолком уже хорошо читались изображения-эпизоды из истории Асгарда. Вот только мастерам определенно не хватало места, поэтому эпизоды войны царя Берна с темными эльфами соседствовали с противостоянием Хель и разрушением Асгарда. Тору, как действующему царю, были посвящены центральные, но еще не доделанные, гравюры. Большинство из них повествовало о славных сражениях, но при этом не выглядели натянуто хвалебными. В них отражалась вся грязь битвы и боль утраты.

Появлялся на этих фресках и Локи. По приказу Тора, мага изображали теперь с кинжалом в одной руке и с магическим всполохом, символизирующим смертоносную ворожбу, в другой. На картинах Локи вел переговоры, сражался наравне с братом и наконец-то был похож на себя. Теперь в его глазах был замечен огонек хитрости, а не та слепая покорность, что прежде навязывали ему художники.

Тор вздохнул и отвернулся от фрески, на которой Локи изобразили наполовину йотуном, наполовину асгардцем, и подумал, что немного покорства брату не повредило бы. Пир уже был в самом разгаре, а маг так и не появился. Конечно, можно было послать за ним стражу, но Тор отбросил эту идею. Не хотелось весь вечер слушать злобные издевки.

Аморы тоже нигде не было видно. Зато ее свита - мужчины и женщины из разных миров - во всю развлекала публику. От музыки, пронизанной асгардскими мотивами, начинало сжиматься сердце, а на душе становилось одновременно тепло и грустно. Разум до сих пор не хотел воспринимать, что привычный дом потерян навсегда.

Тор мотнул головой, отгоняя грустные мысли. Все не так плохо. Его народ смог выжить и приспособиться к новому миру. Кажется, асгардцы даже снова научились радоваться жизни и пробудили прежде дремавшую тягу к знаниям. Гибель Асгарда мощно встряхнула гордый народ, и асгардцы, привыкшие к неге и роскоши, вспомнили свои навыки выживания. Теперь праздность забыта навсегда, а в глазах подданных читался интерес ко всему новому.

Тор доброжелательно отказался танцевать с очередной асиньей и пригубил из кубка. Немного помогло справиться с сонливостью, но не более. Тор все-таки зевнул и подумал, что пора что-то делать со своей бессонницей: не спать неделю в мирное время - это ненормально. А постоянно видеть во сне открытый космос - еще безумнее.

Но Тор не успел развить эту мысль. Высокие двери распахнулись, впуская две фигуры в зеленых одеждах. Асгардцы, заметив их, тут же расступились и склонили головы. Музыка стихла, и гул от шагов новоприбывших легко разнесся по залу.

Казалось, эти двое - единое целое. Одинаковые жесты, слегка надменная улыбка вкупе с холодным взглядом, зелень одеяния. Амора и Локи не смотрели ни на кого из присутствующих и, казалось, даже не наслаждались произведенным эффектом.

Они синхронно остановились перед столом, за которым сидел Тор и его гости, синхронно поклонились и синхронно разжали руки.

– Прошу простить нас за задержку, - первым заговорил Локи.
– Дозволит ли царь присоединиться нам к его празднику?

– Это и ваш праздник тоже, -Тор сказал это громко и четко, как того и требовал обычай. По залу тут же прокатились вздохи облегчения и радостные возгласы. Амора послала своим слугам мысленный сигнал, и музыка тут же возобновилась.

– Не думал, что вы настолько быстро поладите, - когда с церемониалом было покончено, а Амора ушла общаться с Брюсом, Наташей и Стивеном, Тор решил вывести брата на чистую воду. И, кажется, мидгардское вино и тот факт, что Локи все-таки выполз из своей скорлупы, слегка развязали громовержцу язык.
– Было?

– Ой, лучше молчи, - Локи больно пнул Тора ногой и беззлобно засмеялся. Тор засмеялся в ответ. Приятно было осознавать, что брат рядом и относительно доволен жизнью.

– Спасибо.

– Что?
– Тору показалось, что он ослышался, но Локи повторил.

– Спасибо. За то, что не пошел вчера за мной и не стал лезть мне в душу.

– Это меньшее, что я мог сделать, - ответил Тор и сам удивился этой ситуации. В прежние времена он бы сразу пошел за Локи, грубо попытался выяснить, что пошло не так и, как итог, разругался бы с братом еще сильнее.
– Надо же когда-то взрослеть. Наше детство давно кончилось.

– Вот только осознали мы это недавно, - Локи грустно улыбнулся, и тут же стал серьезнее.
– Куда ты дел агентов ЩИТа?

– Отослал в Нью-Йорк двоих, что спали, а Шон где-то здесь, - Тор обвел взглядом зал.
– Вон он, рядом с музыкантами Аморы.

– Понятно, - Локи задумался и какое-то время молчал. Благо, что в тот момент к царю с ходатайством подошли несколько асгардцев. Мелкие проблемы не терпели отсрочки.

Пока Тор уверенно решал насущные вопросы, Локи сканировал зал и сопоставлял факты. За время пребывания в Новом Асгарде Амора широко раскинула свои сети. Мало того, что она привезла свою свиту, которая на самом деле была группой послушных рабов, так еще подбиралась к Беннеру и некоторым молодым магам. Ей удалось украсть амулет у одного из воспитанников и перенастроить его на свою ауру. Причем, где находится этот амулет, Локи так и не смог определить. Амора не взяла его в комнату к Локи - следовательно, она его еще и улучшила, увеличив радиус влияния. С одной стороны ей это помогало, с другой - мешало. Локи прекрасно знал, что амулеты с большим радиусом тратят больше энергии мага, легче нагреваются и склонны к саморазрушению. На этом можно было попробовать сыграть.