Дальше она начала рассказывать, как песню пела, что услыхала о горе-печали царя Салтана, о его одиночестве и желании найти себе достойную спутницу жизни и мать будущему наследнику престола. А как услышала, то не смогла больше дома сидеть или чем-то другим заниматься, потому что любит царя-государя Салтана больше жизни.

Пусть царь не думает, что она сама в невесты к нему набивается. Во-первых, происхождения она самого простого, а во-вторых, возрастом не подходит. Ещё чуть-чуть, и в старухи можно будет записывать, какая уж там женитьба. Зато поможет она царю Салтану найти девушку-красавицу, а в будущем, жену верную и мать наследнику-богатырю.

Царь Салтан обрадовался, а то он уже совсем было голову потерял от такого изобилия невест и начал подумывать о том, что не будет больше выбирать. Прикажет собрать всех потенциальных невест, тех, которые ему хоть мало-мальски понравились, перетасует как колоду карт, а сам закроет глаза и в какую из девиц пальцем ткнёт, та его женой и станет. Оно конечно, дурь несусветная! А куда прикажете деваться, если девок кругом тьма-тьмущая и все красивые, а наследник нужен, и чем раньше, тем лучше?!

Вот и получилось, оставил царь Салтан Матрёну Марковну при своей персоне, во дворце поселил и наказал ей в самый короткий срок найти ему такую невесту, чтобы была: и красивой, и чтобы смогла ему здорового наследника родить. Обязательно наследника, никакие девки изначально в расчёт не принимались. Происхождение же, да плевать на происхождение. Самое главное - наследник. А происхождение, станет царицей, вот тебе и происхождение, и только попробуй, вякни!

Часть вторая

Глава первая

– Ну и здоров же ты!
– Черномор щёлкнул пальцами, и на лицо Ивана тонкой струйкой полилась вода.

– А?! Что?!
– Иван подскочил так, как будто его не водой, а железом расплавленным облили.
– Презумпция!
– на всякий случай закричал он.
– Потому что невиновности!

– Здоров же ты, говорю.
– Черномору понравилась шутка с водой.

Ивана он нашёл, да его и искать-то особо не надо было, дворец-то свой как-никак, сладко спящим под мягкими подушками, наружу только одна голова и торчала. Вот Черномор и полил её, голову эту премудрую, студёной водичкой, применил, значит, волшебство и по назначению, и для удовольствия.

– И тебе здравствовать.
– от воды Иван проснулся, вернее, продолжал посыпаться, потому и соображал плохо.
– Я говорю, презумпция, она всегда на первом месте должна стоять!

– Ты переспал или переел?

– Ни то, ни другое.
– наконец-то к Ивану вернулась способность более-менее воспринимать происходящее.
– Я думу думал.

– Думу говоришь?
– усмехнулся Черномор.
– А храпел зачем?

– Это чтобы не догадался никто.
– нашёлся Иван.

– Да тут кроме меня и догадываться-то некому. Или хитришь чего-то? Смотри, враз домой пешком отправлю!

– Не серчай, Черномор.
– Иван сел на диван, или что это было, короче, на то, на чём только что спал.
– Это я на всякий случай, по привычке. Учёность, она, знаешь как привычки формирует?! Ого-го как!

– Врёшь, стало быть!

– А как же!
– Иван аж опешил от того, что Черномор не понимает казалось бы простых вещей.
– Без этого никак. Премудрость, она на том и стоит.

– Ладно, пусть себе стоит.
– Черномор взмахнул рукой и сзади него, ниоткуда, появилось кресло, в которое он и присел.
– А я присяду. В ногах правды нет. Да её вообще нигде нет, ни к чему она, правда эта.

– Эх!
– глядя на Черномора, а на самом деле на кресло, вздохнул Иван.
– Мне бы так...

– Тебе ни к чему.
– строго сказал Черномор.
– Баловство это. У тебя премудрость есть. Вот и пользуйся.

– Это я так, комплимент тебе сделать.
– нашёлся Иван.
– А насчёт правды, верно говоришь, Черномор. Ни к чему она, только премудрости мешает.

– Вот теперь вижу, что ты в этом, как его, учился...

– В университории.

– Во-во! Хватить спать да жрать, месяц прошёл, пора тебе домой отправляться.

– Наконец-то!
– обрадовался Иван.

– Неуж-то надоело?!
– засмеялся Черномор.
– Целый месяц только и делал, что жрал, да спал. Знаешь, сам волшебник, а понять не могу, как это ты не лопнул, а?