Парень в тот же момент ухмыльнулся, чем заставил Лили покраснеть.

— Это гуччи, ты не сможешь купить новую, — девушка открыла рот от удивления, смотря круглыми глазами на него. Яркие синие глаза несколько ошарашено изучают хитрую, но в то же время весьма притягательную усмешку.

— Ты считаешь меня нищебродкой, или как? — нагло спрашивает она, приподняв брови. Стыд куда-то моментально уходит, а приходит ему взамен уверенность. Такое часто бывает — резкая смена настроения большей частью не мешает в обыденной жизни Коулман.

— Нет, конечно, прости, — он бросил пустой стакан куда-то назад и поправил куртку. — Нищебродка бы не красила губы помадой от Kyle, — в глазах парня всё продолжают скакать озорные огоньки.

— Что? — Лили резко дёрнула рюкзак и достала темно розовую помаду. — Эм, прости, но как ты узнал?

— У меня… — он запнулся, взглянув на открывающиеся двери. Лили повернула голову и увидела Перси. — Перси! — парень резко рванул к Джексону и крепко обнял его.

— Дин! — Перси также громко прокричал имя, обняв его в ответ. А вот его сестра замерла на месте, ошеломлённо глядя на так крепко обнимающихся в этот момент незнакомца, в которого она секунду назад врезалась, и новоиспечённого брата.

Коулман сглатывает скопившуюся жидкость во рту, мотнув головой.

— Перси? — окликает она брата. Тот поворачивается к ней, улыбаясь. — Вы знакомы?

— О да, давненько уже. Мы с Аннабет знаем этого сосунка уже вот как четыре года, — хлопает Дина по плечу, на что тот вновь растягивает губы в улыбке. — Познакомься, сестрёнка, это — Дин Уолкер. Пожмите друг другу руки и…

— Сестрёнка? — изумлённо произносит Дин, переводя взгляд с Перси на Лили. — Посейдон что-ли опять загулял? Да это же…

— Тихо-тихо, Уолкер, с этим мы ещё разберёмся. Лили, я жду, — девушка пожимает плечами, приветственно улыбаясь.

А за улыбкой скрывается боязливое «он точно не имеет понятия, кто я!».

Дин вместо рукопожатия предпочитает крепкие объятия, отчего Лили столбенеет. А в мыслях черноволосого мелькает что-то похожее на «она такая же хрупкая, как и тогда, хоть и совсем не помнит меня».

— Крайне удивлена, — нарушает сей интимный момент Мари, складывая руки на груди и подходя к ним. — А мне кофе, кстати, так и не принесли, — все игнорируют эту фразу, чуть склонив головы. — Какая досада, — тянет она. — Но меня больше волнует, кто он.

— Дин Уолкер, — отчеканивает с улыбкой парень, поворачиваясь к ней. Лили за его спиной так и не двигается с места, беззвучно дыша.

— Твоё имя уже как два раз прозвучало до этого. Скорее мог бы…

— Сын Афродиты. А вас как зовут, милая мисс? — учтиво интересуется, флиртуя.

— Мари Вуд, дочь Аида, — крепко пожимает его ладонь, сохраняя холодное выражение лица. — И всё же, Дин, не у меня одной, похоже, складывается впечатление, что ты должен поехать с нами, — тяжело вздыхает. — Ну почему ничего не может случаться нормально?! — цедит, глядя на небо через прозрачные стёкла.

— Такова судьба, — ухмыляясь, комментирует Перси, всё продолжая глядеть на замершую сестру.

А Лили так и не шелохнулась, будто всё не выходила из состояния транса.

***

— Итак, новое пророчество, да и ещё вы, ты и я втянуты в него. А ещё какой-то неизвестный, который должен встретиться нам по дороге. Разве не забавно? — улыбается Дин, похлопывая по плечу Питера, что сжимает рукой лямку рюкзака, прислонившись спиной к двери купе.

— Именно так, как ты и сказал, — хмуро добавляет Нико, подперев подбородок рукой и глядя в окно.

Разговор не продолжается. В купе сейчас только Нико, Дин, Питер и девочки. Лео и Перси удалились куда-то для разговора, оставив их обсуждать, что же, собственно, делать дальше.

Но вот разговор всё никак не клеился.

— Мы пойдём к себе, — произносит Мари, тяня подругу за руку и выводя из купе. Лили не сопротивляется, вздыхая. Садится на свою кровать, не проронив ни слова.

— Ничего, хоть вафля развеселит мою печальную душонку, — вздыхает Мари, расстёгивая рюкзак и уже собираясь достать заветную порцию сладкого, когда замечает поднимающуюся голову Лили прямо перед ней:

— Вафля? — глаза горят огоньком, на что Мари тут же отрицает, боязливо застёгивая рюкзак:

— Нет, Лил, у меня ничего. Я пойду схожу за кофе, вернусь минут через двадцать, хорошо? — и не ожидая ответа, она открывает дверь купе и смело выходит, поворачивая направо.

Идёт прямо по коридору, переходя из вагона в вагон. Мерное пошатывание из стороны в сторону наоборот приносит тихий покой. Мари самозабвенно углубляется в свои мысли, всё возвращаясь к событиям прошедших дней. Сейчас уже практически вечер, но для неё это будто становится новым днём. Они нашли ещё одного спутника на свою голову, а Лили всё никак не выходит из своих мыслей. Именно это и волнует Вуд, ведь её подруга — вечная болтушка, весёлая и оптимистичная.