– А... Что тогда эти проглотили?

– Логово, а ну, проинструктируй Генерала.

– Ха-ха... Крот прав, Генерал. Мы не трогали сыворотку. Они просто наелись "Снега"...

– Снега?
– переспросил Палыч, и, быть может, автоматически посмотрел за окно, на падающий снег.

– Да, - ответил тот, кого назвали Логовом.
– СНЕГ - это сильный нервно-паралитический галлюциноген... Сокращенно... И они - все, кого вы здесь видите, часов семь - восемь пускали розовые сопли, испытывали ярчайшие мгновения своей жизни и всякое тому подобное... Ну, а теперь - они в отключке, их можно грузить и увозить, как дрова, они будут в полусне перебирать ногами, что облегчает транспортировку, а потом...

– Потом, - продолжил, похоже, тот, кого назвали Кротом, - они не будут помнить о себе ничего. Абсолютно. Останется "дать установку": записать программу действий и внедрить в мозг. И они сделают всё, что ни пожелаешь. В меру, конечно, своих сил и способностей. И, знаешь, Генерал, я делюсь с тобой этим не потому, что накладочка вышла и ты меня сегодня застукал: я волен делать здесь всё, что захочу, ты на это подписался. Просто, я тебе доверяю. Мы же с тобой люди деловые, в одном деле замазанные, так сказать, и общим нашим повязанные. Мои деньги - твои деньги, - и Крот почему-то довольно мерзко хихикнул.

– Я, впрочем, сейчас, и очень срочно, прибыл сюда не для выяснения, чем вы занимаетесь, - раздался голос Палыча.
– Мне нужен мой детектор, в натуре. Браткам нужен, срочно. Они меня и подняли. Не будем тормозить их дело.

– Кого на ложь надо проверить? Из тюряги опять везете? Что, много знает и заложить может, да?
– спросил Крот.
– И вы хотите знать, что именно он знает?

– Нет. Это дело... Иного рода, - ответил Генерал.
– Братки его не из тюрьмы, а из домашней постельки взяли. А вот в тюрьму... Нам надо бы его засадить.

– Он проворовался? Или - долги не платит?

– Политическое дело. Нам... Нужно его скомпрометировать. Вытащить из него хоть что-то. У любого человека есть свой скелет в шкафу...

Послышались новые шаги; в кабинет вошли еще люди.

– Вот, проходите сюда, к шкафу, вешайте одежду, - услужливо, с легким подхихикиванием, предложил этим людям Генерал.
– Я так понимаю, что политического сейчас сюда притащат ваши ребятки... Я пойду, открою кабинетик. Там у меня детектор лжи... Да, Крот, а когда ты своих людей отсюда заберешь? Скоро придут мои коллекторы...

– Да уберут их, уберут. Они мне нужны, - ответил тот, кого называли Кротом.
– Хватит им "Снег" глотать - он тоже денег стоит. Пусть теперь отрабатывают.

Евгений понял, что к шкафу теперь приближались. Он судорожно вцепился изнутри за выступающую железку, внутренний замок. Он сам не знал, зачем это делает. Может, чтобы оттянуть время хоть на миг... Реальность пошатнулась и поплыла. Бедный Евгений взмолился всем высшим силам, которые только существуют в мире... Рывок, ещё рывок, посильней... Ещё один, и... Пальцы Евгения уже ослабли. Он задыхался среди дамских пиджаков и кофточек, судорожно глотая воздух. Красные круги поплыли у него перед глазами.

– Эй, Палыч! Генерал! Похоже, что наши веселые девочки и мальчики, которые здесь отвисали сегодня, закрыли ваш шкаф, - раздался голос Крота.
– Господа! Проходите, разденетесь в кабинете!

– А что, они могли это сделать? Шкаф закрыть?
– видимо, глядя на пол, заваленный телами, спросил Палыч.

– Они могли сделать всё, что ни пришло в голову. Вон, кактус валяется надкушенный, штора с окна... Ключик потом найдешь, Генерал.

– Не важно. Там - только тряпье бабское. Секретарша ключик поищет, а, быть может, она и закрыла зачем-то. Придет в полвосьмого.

– Пусть еще приберет немного. Здесь грязно, - посоветовал Крот.

– А - что, их не сразу вырубает, от СНЕГа-то? Поговаривали, что...

– Сразу. Но потом они в себя приходят и кайфуют. Пока, - хи-хи, - их снова не вырубит. Конкретно. До беспамятства. Мы их, на этот раз, сюда из клуба привезли, уже "на кайфе".

– Это их куртки, при входе, на вешалке и под?

– Ну да.

– Не забудь прибрать за собой этот хлам...

Кажется, входная дверь в этот раз распахнулась настежь, с силой грохнув о стену. Ввалились люди, слышался шум борьбы, крики и ругань. Кто-то явно сопротивлялся и пытался вырваться.

Евгений сжался внутри шкафа и прислушался. "Бежать! Бежать!" - стучало его сердце.

Кажется, человека, которого привели сюда против его воли, удалось запихать внутрь кабинета, после чего и все присутствующие ввалились туда полюбопытствовать, плотно прикрыв за собой дверь. Евгений прислушался. Ему показалось, что "на стрёме", с этой стороны дверей, не осталось никого. Он слегка приоткрыл дверь шкафа и осмотрелся. Вроде - действительно никого. Зато из кабинета доносились приглушенные звуки борьбы, крики и ругань.