– Вам нравится снег?
– спросил незнакомец, - Вы так рады ему...

– Снег - это сильный нервопарализующий галлюциноген, - сказал, запинаясь, бедный Евгений. Должно быть, его "заело".

Прохожий остановился и внимательно уставился на него, глаза в глаза.

– Простите... Но я пережил сегодня... нечто странное..., - неожиданно для себя ляпнул Евгений.

– Снег... Он неожиданно выпал. Чистый, свежий воздух, много кислорода, и вы чувствуете себя, будто пьяный?
– понимающим голосом и слегка подмигнув, сказал незнакомец.

– Нет. Просто... Мой шеф - бандит, коллекторское агентство работает заодно с преступной бандой, и я... Теперь боюсь своей работы...

Теперь незнакомец посмотрел на Евгения еще внимательней.

Евгений прикрыл глаза. Но... Предательские слёзы все равно потекли по его лицу.

– Вы... Вы мне всё расскажете, и мы вместе решим, что делать. Бывают дни, когда любой человек... Не может выжить без чужой помощи. Это - так. И, быть может, наша встреча - не совсем случайна... Как вас зовут?

– Евгений. А...вас?

– У меня уже нет имени. Зовите меня просто: Схимник.

– Почему - Схимник?

– Знаете ли, Евгений, я сам точно не помню, когда именно я стал Схимником. Я родился и жил на юге, в нынешней Сарматской Республике. Там, сначала всякая гопота с нашей улицы звала меня Сектантом. Нет, я не входил ни в какую секту, и даже не был шибко религиозен, но... Я не пил, не курил и не кололся. И потому... Они звали меня Сектантом. Потому, меня даже несколько раз вызывали в жандармское управление давать показания и подпись в том, что я не сектант... И на работе допрашивали, в Особом отделе. Вот именно после этого я занялся айкидо и однажды отвалил всех, кто приставал ко мне в темном переулке. И почему-то после этого все гопники района стали звать меня не Сектантом, а Схимником... Должно быть, повысили в ранге, оставив в рядах "странных"... Ну, а потом... Почему-то даже друзья стали звать меня именно так. И, когда я переехал в Московию, и сюда, в Питер, я вдруг сам так стал представляться. Привык, должно быть. Но, расскажите лучше о себе, Евгений. Здесь поблизости есть одно уютное кафе...

Голос Схимника подействовал умиротворяюще на бедного Евгения.

– Я... Могу довериться вам? Мне действительно... Надо выговориться.

– Да. Недавно я сам нуждался в подобной услуге. В сочувствии и соучастии. Именно этого нас хотят лишить... Именно этого...

– Кто?

– Это... Трудный вопрос. Я сам хочу знать на него ответ, - тихо сказал странный Схимник. Слова его падали, как хлопья снега, будто застревая в ушах белой ватой, искрились и переливались на солнце, искрились и переливались...

Евгений вновь стоял, оглохший и одинокий средь безлюдной тишины, среди роя белых мух... Оглохший и одинокий. Он почувствовал вдруг какую-то заторможенность сознания, внезапный провал в состояние непонимания того, что вокруг - реальность, чувство падения и растворения в некой незримости и невесомости.

– Эй! Кто-нибудь! Моему племяннику плохо! Помогите!
– услышал он крик Схимника.

– Эй! Люди, сбегайте, вызовите такси!
– раздался рядом голос случайного прохожего, - Мужчина! Давайте, мы его - так, с двух сторон... Он падает! Крепче держите!

Снег... Бесконечная белизна. Белая и пустая. Пустыня ненаписанных строк... Пелена безвременья. Эйфория бреда... Безумия, в котором срываешься и падаешь, просыпаясь снова во сне, и вновь срываешься и падаешь, бежишь по бесконечным пролетам лестниц, над бездной, обрывающейся во мрак... В крик. В бесконечную пустую пелену. В ничто...

Черный внедорожник вез её по ещё темному городу. Водитель был веселым парнем. И после её странного ответа про орхидеи, которые еще не расцвели, залился звонким смехом и пригласил Машу :

– Девчонка, а ну, полезай в машину, пока прохожие не заинтересовались. Действительно, заинтересоваться ею могли... Она стояла возле задних ворот больницы, одетая в слишком большую куртку главврача из искусственной черной кожи. Из-под куртки высовывался длинный домашний халат. К тому же, Маша была без колготок и в одетых на босу ногу стоптанных, чужих ботинках, явно большего, чем её, размера.

Маша быстро забралась на заднее сидение, и они поехали.

Она, на свое удивление, совершенно не боялась этого приключения. Девушка была радостна, поскольку вырвалась на волю. Кроме того, в кармане у нее лежала справка со странным диагнозом "реакция на ситуацию", со всеми полагающимися подписями и печатями, что являлось достаточным основанием для деканата не засчитывать прошедшие дни прогулом занятий.

И потому, Маша с радостью наблюдала проносящиеся мимо знакомые очертания зданий любимого ею города: его слегка припорошенные выпавшим довольно рано снегом улицы, старинные дома, четкие контуры каналов и мостов.

Покружив немного по городу, черный внедорожник вновь выехал на Фонтанку, промчался мимо Большого Драматического театра. Проехали ещё несколько улиц, и вскоре водитель свернул направо. Машина сделала полукруг - оборот, и остановилась у глухого каменного забора.

– Приехали, девушка!
– сказал веселый водитель. Он вышел, и галантно распахнул перед Машей дверь машины.