Ама исчезает, когда веселье в полном разгаре, чтобы побыть вместе со своим «отцом». Она обещает вернуться утром, но я прошу ее не беспокоиться.

— Устал от меня, Сапа Инка? — спрашивает она, блестя глазами.

— Великий и могучий Паукар Вами не имеет времени для услаждения плоти, — усмехаюсь я. — Приходи, если захочешь, но для тебя здесь мало работы. Если ты проведешь время с Кафраном, я это пойму.

Она кивает:

— С удовольствием. Руководить армией — тяжелая работа. Если ты уверен, что сможешь доковылять без моей помощи…

— Я постараюсь.

Она наскоро целует меня. Хочется продлить этот поцелуй, но я сдерживаюсь.

— Будь осторожен, Эл, — произносит она. — Беспорядки закончились, но ты обязан быть начеку. Не доверяй никому из этих ублюдков.

— Ни за что.

— Держи меня в курсе событий и звони, когда я тебе понадоблюсь.

— Думаешь, один я не справлюсь?

— Ты мужчина. — Она усмехается. — Конечно же нет.

Я смеюсь и смотрю ей вслед, мечтая о том, чтобы она вернулась.

Я попадаю в затруднительное положение раньше, чем могла предположить Ама.

Ранним субботним утром мне удается урвать несколько минут долгожданного сна. Я просыпаюсь с одеревеневшими руками и ногами и провожу двадцать минут, делая зарядку на полу около кровати, чтобы возвратить телу подвижность. Проверив своих Кобр — у них все в порядке, — я не могу отказать себе в удовольствии неспешно позавтракать. После чего отправляюсь на улицы со своими телохранителями. Многие из тех, кто покинул город в разгар волнений, возвращаются, и я убеждаю их, что опасность миновала. Я также организую встречи с мародерами и грабителями, которые хорошо похозяйничали в магазинах и барах, и прошу их вернуть украденные вещи. Я не сильно нападаю на них, потому что должен привлечь этих людей на свою сторону, — просто прошу подумать о долгосрочной выгоде, а не о краткосрочном обогащении, и торжественно обещаю не забывать то, что они прислушались к моим словам. Большинство соглашается сотрудничать, и в дневных новостях показывают удивительные репортажи о ворах, возвращающих награбленное законным владельцам.

Сбой наступает вечером. Я смотрю новостную программу, довольный позитивным освещением событий, когда передают срочный репортаж о беспорядках в центре города. Несколько Змей напали на посетителей ресторана, выходивших на улицу, и убили восемь человек. По крайней мере, трое из этих восьмерых были клуксеры.

В тот момент, когда мои мысли приходят в смятение, репортер по радио возбужденно сообщает: в вестибюль Дворца Змеи бросили несколько зажигательных бомб. Число погибших пока не установлено, только известно, что среди них гвардейцы и несколько городских жителей.

— Сард! — воплю я, повергая в недоумение Змей, находящихся в фургоне.

Сард принадлежит к Кобрам. Хотя они не обязаны открывать свои имена, я заставил их сообщить их мне, чтобы я мог обращаться к ним прямо, без необходимости запоминать и повторять номера, присвоенные им в триумвирате. Сард немедленно откликается на мой призыв, засовывая голову в фургон.

— Какого хрена Змеи оказались около Дворца? Что они там делают? — ору я.

— Сапа Инка? — Он хмурится.

— Я только что слышал по радио, что мы атаковали Дворец. А по телевидению прошел репортаж, в котором говорится, что мы убиваем клуксеров.

— Но, Сапа Инка, вы ведь сами отдали приказ к боевым действиям.

Мои глаза сужаются.

— Пошли вон! — кричу я охранникам.

Они безропотно подчиняются. Я велю Сарду закрыть дверь, потом хватаю его за отвороты кожаной куртки и делаю резкий рывок вперед:

— Когда я говорил тебе это?

— Ранним утром, до рассвета.

В это время я спал. Должно быть, священники послали настоящего Паукара Вами с новыми приказами для Кобр. Эти проклятые…

— Что я сказал? — кричу я.

— Вы послали фаланги четвертого триумвирата, чтобы дать бой нашим врагам, — с гордым видом отвечает Сард. — Я точно не знаю, каков был приказ, — это известно лишь Кобре из четвертого. Но вы сказали, что мы должны напасть стремительно и жестоко, направив удар в самое незащищенное место, и предупредили нас, чтобы мы были готовы к негативной реакции.

— Кто-нибудь задавал вопрос, с какой стати надо нападать одновременно на две самые мощные группировки в городе? — кричу я. — Мы ведь там даже не укрепили свои позиции!

Кобра пожимает плечами:

— Вы — Сапа Инка. Мы не обсуждаем ваши приказы.

— Безмозглые кретины… — бормочу я еле слышно.

Но злость сейчас бессмысленна, так что я стараюсь прийти в себя и хладнокровно оценить обстановку.

— Передай им, что я ошибся, — говорю я Сарду, — видно, пьянящее волнение победы ударило мне в голову. Я хочу, чтобы они вернулись назад до того, как причинят еще больше вреда.

— Не могу, — говорит Сард, удивленно глядя на меня. — Вы ведь сами велели им оставить здесь свои телефоны и передатчики. С ними нет сообщения.