Шрифт:
Бетани огорченно опустила голову и тяжело вздохнула. Кейр сразу же пожалел о своих словах.
– Так трудно отучиться от того, что меня окружало, - проговорила девушка, снова пытаясь напустить в голос побольше равнодушия. – Жить по заветам Стражей. Если есть возможность урвать что-то хорошее – хватать и бежать. Думать о долге, только о нем, делать вид, что ты вообще ничего не чувствуешь, потому что чувства – это слабость, а воспоминания – груз, который тянет на дно. – Она подняла глаза на Эремона, и он увидел сверкнувшие в них слезы. – Все пытаюсь этому следовать, а ничего не получается. И мне же хуже. Скоро я вернусь туда, буду сидеть со своей любовью, как дура, и страдать. Ведь скоро все это кончится, и тебя рядом не будет, не будет дома, в котором знают и ждут… останутся только порождения тьмы и сраный долг, от которого нельзя отречься…
Кейр, не говоря ни слова, обнял ее, и Бетани несколько минут плакала у него на груди. «Какой же я идиот, - думал он. – Сам же довел ее до слез. Ну и кто я после этого…»
– Прости, - тихо сказал Эремон, поглаживая ее по голове. – Я не должен был этого говорить. Я не хотел тебя расстраивать…
– Я думала, что все пройдет, - сквозь всхлипывания отозвалась девушка. – Что это просто помутнение… может, помогло бы переспать и забыть, как с теми Стражами, которые помогали забыться после кошмаров…
– Ты хочешь все забыть? – спросил он, чувствуя нарождающийся ком в горле.
– Да, потому что это невозможно… - Всхлипнув, Бетани пояснила: - Все так прекрасно, и ты – лучший из всех, кого я встречала… и мы никогда не будем вместе, потому что я вернусь в Марку, а ты останешься здесь. Помнить, как хорошо нам было вместе, будет невыносимо…
Кейр чувствовал, что еще немного – и он тоже заплачет. Он понимал чувства Бетани, он сам испытывал нечто подобное… но его страдания были допустимы. Ее страдания – нет.
– Вряд ли ты будешь этому рада, - печально усмехнулся Эремон, - но я всегда буду помнить, как хорошо нам было вместе. Я не хочу об этом забывать. Потому что…
Слова застряли в горле. Он уже один раз говорил то, что хотел сказать, а потом Элисса погибла, и он остался один со своей…
– Потому что я успел полюбить тебя, - ни на что не надеясь, договорил юноша. – И этого ничто не изменит. Даже если мы… опять… никогда больше не увидим друг друга.
– Опять?
Посмотрев в изумленные и заплаканные глаза Бетани, Кейр сжал ее за плечи:
– Пообещай мне, что ты не умрешь. Пожалуйста. Неважно, что дальше будет между нами – просто пообещай…
Поняв, какую глупость он сказал, юноша разжал пальцы и отошел к окну. «Чего я пытаюсь требовать? О чем я вообще говорю? Что за…»
Тихо подошедшая Бетани развернула его лицо к себе – и горько улыбнулась.
– Из-за меня вечно были одни проблемы.
– Неправда.
– Правда. Семья прятала меня от храмовников, рискуя всем на свете, потом Стражи замучались разбираться с моими кошмарами… теперь я испортила жизнь тебе…
– Скорее украсила.
Девушка снова вымученно улыбнулась. Эремон осторожно утер слезы в уголках ее глаз.
– Я перестаю верить в твое существование, - пробормотала она. – Точнее, в то, что ты живой человек из плоти и крови, а не демон желания, преследующий меня во сне и наяву.
– Не хотелось бы быть похожим на демона, - усмехнулся Кейр.
Вместо ответа Бетани прильнула к нему с поцелуем, на который невозможно было не ответить. Одной рукой обнимая его, девушка потянулась другой куда-то за шею Эремона – и он почувствовал, что его волосы, по обыкновению стянутые в хвост, свободно рассыпаются по плечам. Бетани принялась с улыбкой перебирать в пальцах светлые пряди.
– Ты и не похож, - отозвалась она. – Просто… очень красив.
– Надеюсь, я не слишком красив для этого мира?
Девушка тихонько засмеялась.
– Мне кажется, мы как-то неправильно любим друг друга, - сказала она. – Хотя я и не знаю даже, как правильно.
С нежностью поцеловав ее в висок, Кейр ответил:
– Правильно – вот так.
И призывно расстегнул один из ремешков на ее доспехе. Бетани с вызовом посмотрела на него.
– В бездну все, - выдохнула она. – Даже если все это сон, даже если ты – демон желания во плоти, даже если… неважно. Мне уже стольких довелось потерять, так и не успев сказать или сделать для них что-то важное. Вдруг и мы с тобой больше никогда не увидимся…
Эремон приложил палец к ее губам.
– Не говори так, пожалуйста, - попросил он. – Мы обязательно увидимся, по долгу службы или нет. Мы обязательно встретимся еще.
– Да, - отозвалась Бетани, - да, ты прав.
Руки ее уже начинали расстегивать его куртку.
От большей части одежды он все же избавился сам, чтобы спокойно понаблюдать за тем, как раздевается Бетани. Обычно Кейр не любил тянуть время – но сейчас, несмотря на охватывающее его желание, он попросил, чтобы девушка раздевалась медленно. Бетани, удивившись поначалу, исполнила его просьбу с явным удовольствием: движения ее становились все более манящими – до такой степени, что Эремон боялся моргнуть. Девушка отвлеклась лишь на минуту, изящным движением руки наложив на дверь какое-то заклинание.