Его слова внезапно перекрыл громкий звук.

С чувством бухнувшееся на пол ведро прервало изумительный сон. Недоуменно открыв глаза, Кейр огляделся по сторонам. Обстановка добротного деревенского дома выглядела знакомой. Подумав, Эремон сообразил, что это редклифская ферма, где они с друзьями вчера остановились на ночлег. «Чуть-чуть не хватило времени. Я почти успел вынести свой приговор Финну…»

– Доброго утречка, - помахала ему рукой симпатичная гномка – дочка хозяина. По ее лицу были щедро рассыпаны веснушки.

– Доброго, - отозвался Кейр, кинув взгляд на уже вставшего Сайласа. Тот украдкой любовался хозяйской дочкой, делая вид, что поглощен завтраком.

– Хорошо спалось?

– Да, благодарю. Где можно умыться?

– Вот, - гномка указала на ведро с колодезной водой у двери. – И прошу к столу.

Ополоснув лицо и потрогав непривычную пробивающуюся бороду, Кейр остановился в дверях, любуясь мирным деревенским пейзажем. Деревянные дома с поросшими травой крышами, задумчивое мычание друффало, стрекот сверчков в траве – подлинная идиллия, достойная быть запечатленной не на одной картине…

– Э… Кейр, да? – осторожно позвала его гномка, чье имя Эремон почему-то спросонья не мог вспомнить. – Все стынет!

– Да-да, - он спешно вытер лицо и руки и подошел к столу. – Большое спасибо.

– Пустяки, - улыбнулась гномка, тряхнув рыжей косой. – Пойду поищу вашу подружку, а то она куда-то запропастилась.

Сделав пару глотков чая и придя в себя окончательно, Кейр пихнул локтем друга, мечтательно глядевшего вслед девушке.

– Тебя можно поздравить с безнадежной влюбленностью?

– А? – встрепенулся амарантайнец. – Чего это безнадежной?

– Понятно, - улыбнулся Эремон. Осознав свою ошибку, Сайлас тут же пошел на попятную:

– В смысле – чего это влюбленностью, с чего вообще такое…

Вздохнув, он отвел глаза и улыбнулся:

– Она такая славная.

– Во всяком случае, готовит она отменно, - заметил Кейр, с аппетитом поглощая завтрак.

– И не только… - Отмахнувшись от своих же слов, Сайлас преувеличенно удивленно заметил: - А ты-то, оказывается, соня! Чуть не проспал поход обратно в Редклиф!

– Я сплю и вижу, как возвращаюсь домой, - улыбнулся Эремон. – На самом деле. Как только мы закончим с этим делом, я направлюсь в Недремлющее море.

– Нас с собой не возьмешь? – усмехнулся амарантайнец.

– Я бы и рад, но ты говорил, что дела надолго бросать нельзя.

– Ну… - Сайлас почесал в затылке. – Не знаю. До Редклифа еще подумаем.

– А где Адайя?

– Не знаю. Никого с утра не видел. Ну то есть видел… тебя вот только видел. И еще… это…

Видя его замешательство, Кейр понимающе усмехнулся:

– Я понял. И что ты думаешь по поводу прекрасной леди? Мы не ошиблись насчет нее вчера? Она может стать нашим союзником в Редклифе?

– Ты… ты думаешь, я это ради этого?! – с оскорбленным видом поинтересовался амарантайнец, чуть не подавившись кашей.

– Нет, конечно. Но, согласись, нам не помешала бы поддержка в этих краях – особенно поддержка того, кто знает каждый уголок Внутренних земель.

– Ну да. Не помешала бы. Я согласен.

Помолчав с минуту, Сайлас заметил:

– Рыжик сказала, что ей можно будет писать письма и спрашивать… обо всем. Так что, считай, ты прав. Она в деле.

– Рыжик, значит? – усмехнулся Эремон. Амарантайнец покраснел и уткнулся в тарелку.

– Она действительно славная, - успокоил его Кейр. Ответа он не дождался, но по лицу Сайласа было понятно, что он более чем согласен со словами друга.

Услышав знакомый голос во дворе, Эремон поднялся с места и снова выглянул в дверной проем. Адайя показывала рыжей гномке какую-то странную вещицу, по виду напоминавшую толстый кусок стекла, и что-то многословно объясняла. Их голоса сливались с прочими звуками деревенского утра, и от этого приятного шума на сердце становилось хорошо и спокойно.

Улыбнувшись, Кейр поправил платок на шее и задумчиво уставился вдаль.

Воды озера невдалеке напоминали ему Недремлющее море.