– Да неужели? Вот не ждал, так не ждал… – старик осторожно попробовал золото на зуб. Потом положил на весы и долго рассматривал, сверяя с эталоном.

– Надеюсь, теперь вы довольны? В монетах не насверлено дырочек, не отщипано по краям? Дурно не пахнет? — надменно осведомился я.

— Нет-нет! Все в порядке! – старик выглядел смущенным и прятал глаза. — Простите, если был слишком…

– Недалеким и грубым? – подсказал я.

— Возможно. Но кто мог подумать! Поймите, здесь бывает так много народа, и не все они… — трактирщик тактично не стал продолжать.

Бедняга вспотел от волнения и без конца вытирал руки грязным фартуком. Должно быть, я показался ему богачом, сулившим немалые прибыли в перспективе.

Слушая непривычно лебезящий голос хозяина, кухарка бросила на огне блюдо, и оно тут же начало подгорать. Запах пережжённого мяса распространился по кухне, но раскрасневшемуся старику было уже не до этого. В его воображении я, словно факир, строил на стойке высокие столбики монет, доставая их прямо из воздуха.

— Надеюсь, вы останетесь. Для вас есть номер с особым обслуживанием. Роскошный вид на сад, а под окном сладкоголосый хор юных эльфиек! Гоблинша-служанка, карлик-фокусник и особое меню: жареный на вертеле барашек, набитый гречневой кашей! Такого не стыдно предложить королю! — затараторил старик, умильно всплеснув руками.

— Пожалуй, меня заинтересовал карлик, но фокусы я всегда смотрю после плотного завтрака. А с этим здесь большие проблемы!
– - презрительно улыбнулся я.

– Мы всё исправим! И еще… меня тут просили передать… – трактирщик перешел на подобострастный шепот. – Вас ждут. В зале для переговоров. Очень-очень важный гость!

«Зал для переговоров» оказался темной, лишенной окон комнатой. Камин во всю стену вызвал неприятные ассоциации. Я всерьез опасался, что крематорий будет преследовать меня даже в виртуальных кошмарах.

– Рад, что ты цел и невредим, мой друг! – знакомый голос за спиной застал врасплох.

Вертлявый!

Зажегся фитиль керосиновой лампы, вырвав из темноты его ухмыляющуюся физиономию. В одной руке князь держал заряженный арбалет, а другой перебирал четки.

Я медленно повернулся к тому, кого недавно так хотелось убить. Теперь эмоции немного остыли, но осадочек остался. Жаль, но я не справлюсь с этим упырем. Силы слишком неравны даже сейчас, когда он беглец и, похоже, находится в столь же отчаянном положении.

– Да-да, ты действительно друг. Ведь у нас есть общий враг, не правда ли? – князь демонстративно отложил арбалет в сторону. – А что еще способно так хорошо скрепить дружбу?

– Опустим прелюдию. Что на этот раз надо? Как правая рука или союзник я едва ли могу быть тебе интересен.

– Ну, почему же?.. С твоим-то опытом и способностями! Такой человек чрезвычайно редок и ценен. Особенно когда его друзья с такими длинными… м-м-м… руками! Как поживает лорд Хануван? А Фэй? Всё так же ревнива, очаровательна и сексуальна? Да ты не стой как столб. Присаживайся, пожалуйста.

Я молча подвинул к себе кресло и уселся поудобнее, не сводя глаз с Вертлявого. Что он знает? Что не знает? Надо бы поменьше болтать самому и дать врагу выговориться.

– Давай начистоту! – потребовал я. – Ты ведь не человек, верно?

– Как и ты. Я не черный кроль, если ты об этом.

– Откуда тогда все эти штучки? – я показал взглядом на руки, прячущие в себе два коротких клинка. – «Танцующий Дракон», «Яд Скверны», чертово зелье?

– Ах, зелье… – довольно улыбнулся Вертлявый. – Да, без него ты меня бы убил. Молодец. Неожиданно. Хотя чего еще ждать от ветерана «Нью-Лайфа»… А по поводу игрушек… Чтобы достать их, не нужно быть «черным кролем».

– Нужно иметь его в друзьях, – понимающе кивнул я. – И чем же ты заслужил подарок от моба? Продал человечество с потрохами?

– Оно добьет себя и без моей помощи, – криво усмехнулся князь. – Ни один враг не способен навредить людям так, как они сами. Но эра антропогена закончилась. Они больше не хозяева планеты. Удивительно, что ты всё еще считаешь себя человеком. Мы ведь на одной стороне, а мобы должны держаться друг друга. Объединиться, вернуть достоинство, обрести силу.

– Телом моб, но умом человек! – с вызовом заявил я, отметив нотки пафоса в своем голосе. – Да и ты ненавидишь так по-людски. Машину не способны омрачить наши страсти.

– А много ли ты о ней знаешь? – разозлился Вертлявый. Бусины на его четках мелькали с невероятной скоростью, почти сливаясь в размытый движением эллипс. – Что она может или не может? Сансара с тобой разговаривала?

– Нет.

– Значит, это твои фантазии. И на столь зыбком основании ты пытаешься делать какие-то выводы? С чего ты решил, что ее интеллект подобен человеческому? Что она будет играть по тем же правилам, разделять наши ценности, осознавать и мыслить так же, как мы? Человек разговаривает с клопами? Нет! В лучшем случае он их терпит! – в обычной для себя манере хлопнул по столу князь.