– Хм… Сирены! – скривившись, авторитетно заявила она.

– Неужели? – Моня нервно облизнул губы, не сводя глаз с ее задницы. Видимо, он недолюбливал далеко не всё человечество. Прекрасная половина его вполне устраивала.

– Личинки сирен, – снисходительно поправила подошедшая Анечка. – Редкая тварь, но едва ли она способна повредить настоящий живой мозг.

– Значит, научилась! – Моня помахал хорошо отполированной берцовой костью. – Смотри, что они делают! Сансара эволюционирует. Дрейф генов, какая-нибудь мутация. Такое сейчас сплошь и рядом. Я за службу столько всего насмотрелся…

– Тс-с-с-с! Тише! – Фэй подняла указательный палец, и со свода тотчас сорвалась стая летучих мышей.

Мы прекрасно понимали, что о нас уже знают. Моню благоразумно толкнули вперед – эту железную банку так быстро не вскроешь. Фэй встала сразу за ним, почему-то держа посох навершием вниз. Аня презрительно хмыкнула, высверливая ее спину негодующим взглядом, но дыру прожечь не смогла. Мне пришлось замыкать процессию, и я нервно вздрагивал, оглядываясь на любой шорох.

А шуршало здесь теперь всё: временами слышался то тихий детский смех, то страстный вздох, то зловещее шипение. Невидимая жизнь за пределами светового круга просто кипела. Свет факелов отвоевывал у тьмы метр за метром, но затаившиеся враги всё еще не показывались.

Наконец нервы не выдержали. Я не стал изобретать ничего нового.

Огненная траектория факела прошила собой тьму, высветив десятки неподвижно застывших фигурок с низко опущенными головами. Они будто вырастали из земли, как грибы.

С глухим звуком факел стукнул о камни и погас под ногой или лапой, рассыпавшись искрами. Реакция оказалась мгновенной: зашипев, дети одновременно подняли головы. Глаз у них не было, а вот пасти распахнулись от уха до уха. В следующую секунду тьма будто плюнула в нас этой мелкой, но шустрой нечистью.

Моня с силой развернулся, ударив щитом наискось. Первые атакующие, кувыркаясь, отлетели во второй ряд. Перед нами тут же образовалась громко визжащая куча-мала, походившая на многорукое и многоногое чудище.

Толпа агрессивной мелочи обтекала нас со всех сторон. Фэй встала на левом фланге, я защищал правый и тыл, а Аня заняла позицию в центре «каре». Подняв над головой руки, она напоминала стройное деревце, медитативно качавшее на ветру веточками. Масс-хила бой требовал много.

Моня тяжело ворочался и свирепо рычал впереди, увязнув в горе живых и мертвых тел. Их было слишком много даже для нашего великана. Новые волны накатывали одна за другой, втаптывая и перемалывая павших товарищей в однородное кровавое месиво. Монстрики висели на танке целыми гроздьями, ломая зубки о легированную сталь. Под таким весом он едва шевелился.

А вот на нас тяжелой брони не было. В ней мы бы с трудом даже ходили, и потому вертелись как ужи, не подпуская к себе разъяренных зубастиков. Моя дубинка стала темной от налипших волос, мозгов и сгустков крови. Пока я всё еще справлялся, уверенно держа свою сторону.

А вот Фэй поначалу пришлось тяжело. Комично нелепые движения, неловкие пассы руками – она сильно переоценила себя в роли боевого мага. Несколько бледных искр и жалкая струйка огня – вот и всё, что у нее получилось. Плюнув на стихийную магию, суккуба перешла на надежный физический дамаг, используя посох наиболее доступным для нее способом. Маленькие черепа раскалывались, как орехи, а в честно заработанных паузах упрямица продолжала корчить из себя волшебницу.

– Маны больше нет! Атма, дай масс-спелл! «Стену Огня»! Быстро! – скомандовала Аня, видимо, протянув, сколько могла.

– Ага, сейчас-сейчас! Потерпите… – неуверенно отозвалась Фэй, вымученно что-то колдуя между хореографией с шестом-посохом.

Пришлось взять на себя и её сторону. Через несколько ну очень долгих секунд «Стена Огня» наконец скастовалась. Прямо на нас. Чертыхаясь, мы отпрыгнули в сторону, бросив Моню поджариваться в плотной куче копошащихся тел. Под их грузом он не смог сделать ни шага.

В воздухе тревожно запахло паленой шерстью, а мы все знали, как Аня лелеет свой хвост.

– Дура! Дай сюда! – она грубо отобрала у суккубы посох.

Я всерьез опасался, что его конец сейчас окажется глубоко внутри Фэй. Нам всем повезло – Анечке было пока не до этого.

Изящное и быстрое движение рук, и ее «Щит» подарил нам кратковременный резист к магии. А в следующую секунду здесь бушевал «Ледяной Шторм», надежно стерилизуя пещеру снежными вихрями.

— Чтоб дело мастера боялось, он знает много страшных слов… – выдал очередной стишок Моня. – Боевая швея? Не часто они к нам… Пс-с… Осторожнее! – пшикнул он, скривившись от боли.

Фэй обиженно хлопнула ресницами, но стерпела, продолжив обрабатывать его ожоги и раны. Виноватое выражение лица намекало на смирение и раскаяние. Моне, похоже, это нравилось, и он великодушно позволял себя лечить. Хилила Фэй явно лучше, чем колдовала.

– Да, я шпионка Альянса! Хотите, чтобы извинилась за это? — вяло оправдывалась Анечка, устав от перекрестного допроса с пристрастием. Используя шмяклу вместо расчески, она старательно приводила в порядок то, что осталось от хвостика.