– Я обещал, что научу тебя потом, как снять привязку, - напомнил Владыка, любуясь прячущимися под соседней скамьей пестрыми пташками.

– Это потом, - вторил ему Матвей угрюмо, вытирая капли дождя с лица.
– А сейчас мне все-таки нужно разобраться с ее исчезновением, Четери. Вдруг я нужен? Я пойду. Зайду к матери и снова обратно.

Он тяжело поднялся, пошел в сторону дворца.

– Ты все правильно решил, молодой Лаурас, - сказал Четери ему в спину.
– Не сомневайся.

Ситников чуть приостановил шаг, кивнул и пошел дальше.

В ночь на вторник ему снова снились обрывки чужих видений. Люди в странной кожаной одежде и гигантские стрекозы. Бег по ночному лесу. Мужчина с черными крыльями. Эхо голоса Алины - «профессор Тротт?». Опять очень коротко, буквально несколькими кадрами - и все это сопровождаемое острым чувством страха, тревоги, тоски.

А во вторник после обеда ему позвонил ректор Свидерский.

– Ситников, - проговорил Александр Данилович в трубку, - я видел записку с вашим номером телефона еще в четверг, и Наталья Максимовна заверила меня, что у вас необычайной важности вопрос. К сожалению, из-за происшествия на экзамене первого курса я не успел с вами связаться. Сейчас у меня появилось немного времени. У вас действительно что-то сверхважное?

– Да, - Матвей выдохнул.
– Это связано с Алиной, Александр Данилович. И с лордом Троттом. Скажите… есть вероятность, что они сейчас где-то в лесу, и там у профессора есть черные крылья?

Через полчаса Ситникова внимательно слушал полковник Тандаджи в своем кабинете. Задавал резкие вопросы, пытался ловить на нестыковках, требовал повторить то, что семикурсник уже рассказывал, что-то отмечал у себя в блокноте и задумчиво застывал, глядя в одну точку. Матвей несколько раз озвучил, зачем искал Свидерского после Алининого кошмара на лыжной базе, рассказал о своих коротких снах-видениях, о кровной привязке - все, что он знал со слов Четери и что ощущал сам.

Здесь же, в соседнем кресле, расположился Александр Данилович, который и привел Матвея в Зеленое крыло. Раз за разом ректор коротко подтверждал:

– Он говорит правду.

Но острый блеск из глаз тидусса ушел только тогда, когда Матвей согласился на ментальное сканирование; Свидерский очень мягко просмотрел его воспоминания и снова подтвердил:

– Все так. Это действительно ему снилось.

Начальник разведуправления кивнул, потянулся к телефону.

– Ваше высочество?
– проговорил он в трубку.
– Полагаю, у меня важные новости о ее высочестве Алине. Да. Да, Мариан. Думаю, тебе нужно зайти.

Через несколько минут в кабинете появился принц-консорт Байдек. Поздоровался с присутствующими, попросил всех не вставать и выслушал сначала Тандаджи, потом Свидерского - и Матвею уже в который раз пришлось повторять все, что он уже говорил. Ситников проявлял невероятное терпение. Благо, принц-консорт под сомнения его слова не ставил и новый допрос не устраивал.

– Полагаю, - сказал Тандаджи, когда семикурсник закончил, - надо срочно поднять архивы пятисотлетней давности и узнать о ритуале привязки личной гвардии к наследникам дома Рудлог.

– Не помешает, - согласился Байдек.
– Но в срочности нет нужды. Я уже слышал об этом, Майло. Во-первых, о привязке рассказывала Ангелина после того как… - он замолчал, посмотрел на тидусса, и Тандаджи понимающе кивнул.
– Во-вторых, реставрированы обнаруженные принцессами воспоминания Седрика о войне с драконами. Там то же, о чем рассказывала Ани… и о ритуале привязки тоже есть. Так что подтверждение существует.

– Спасибо, - Тандаджи что-то вычеркнул у себя в блокноте.
– Итак, получается, у нас есть канал связи, по которому мы можем по крайней мере узнавать, в порядке ли ее высочество или нет. Как часто вам снятся эти сны, господин Ситников?

– Раз в два-три дня, - буркнул Матвей.
– Это даже не сны… а обрывки по несколько секунд, господин полковник.

– Будете докладывать нам о содержании снов, - приказал Тандаджи.
– Вам щедро заплатят за помощь, конечно.

Матвей поморщился, встал. Свидерский с усмешкой посмотрел на Тандаджи, с некоторой гордостью - на одного из своих лучших студентов.

– Господин полковник, ваше высочество, - немного неуклюже, но твердо начал Ситников.
– Алина - мой друг, и мне не нужны деньги, если я могу помочь ей. Я, конечно, буду рассказывать вам. Но, как я понял, Алина сейчас спит и ее охраняют…

Это прозвучало, как вопрос. Лицо Тандаджи осталось каменным, и Матвей повернулся к Байдеку. Тот поколебался и кивнул.

– Понимаете, - так же с трудом продолжал Ситников, - я все равно себе места не нахожу. Поэтому прошу вас… включите меня в штат ее охранников. Сколько бы это ни продлилось, я возьму академический отпуск… Александр Данилович?

– Решим, Ситников, - откликнулся ректор.

– Спасибо, Александр Данилович. Возможно, если я буду рядом, я смогу о ней больше видеть. Я и так буду вам помогать, но если возможно… я достаточно силен как боевой маг для своего возраста, не буду мешать. И могу любую клятву о неразглашении принести.