Шрифт:
– Эстетикой можно объяснить всё.
2.27.
Как-то в поисках нужного отдела он забрёл совсем далеко, увидел маленькую дверь, приоткрыл её и попал в огромное заполненное людьми помещение.
Оно напоминало зал ожидания на вокзале, с одной его стороны находились встроенные в стену редкие полупрозрачные окошки, а с другой на деревянных лавках сидели люди и держали в руках какие-то документы. Много людей. Ян сразу понял, что это не сотрудники Министерства, настолько они были хуже одеты. Некоторым из них не хватило места на лавках, и они молчаливо жались к стенам или толпились у окон.
Когда подходила их очередь, они передавали в окно бумаги и возвращались на лавки, или становились в такую же очередь к соседнему окну.
Они почти не разговаривали, и словно опасаясь крика или удара, тихо и почтительно смотрели на проходящих мимо клерков.
– Извините, а кто эти люди, - спросил Ян у одного чиновника.
Тот недоумённо взглянул на него.
– Просители, кто же ещё, - ответил он и пошёл дальше.
Что именно они просят, чего добиваются, подают какие заявления или жалобы, Ян не узнал. Потом он часто видел их в коридорах, около кабинетов чиновников.
2.28.
– Можно вас попросить....
– однажды с неловкостью произнёс Борис. Он сидел за своим столом, когда Ян принёс ему бумаги, и выглядел ещё более встревоженным, чем обычно.
– Не удивляйтесь тому, что я скажу... Посмотрите, нет ли кого у меня за спиной? Вы не ослышались. Извините, но больше я ни к кому не могу обратиться с такой просьбой.
– Нет никого, - медленно ответил Ян, - а кто там может быть? Ваш стол находится у стены.
– Никого? Вот и хорошо, - Борис отвернулся.
– Пожалуйста, не вспоминайте об этой просьбе. А лучше забудьте её совсем.
– Никого нет, - повторил Ян.
– Вы в этом когда-нибудь сами убедитесь. Страх уйдёт.
– Этого я тоже боюсь, - сказал Борис.
– Ладно, давайте поговорим о чём-нибудь другом.
2.29 .
Через несколько дней прозвонил телефон (первый телефонный звонок за всё время), и незнакомый голос сообщил, что нужно прийти в отдел кадров за удостоверением.
Как и в первый раз, когда Ян зашёл, чиновник сидел спиной к двери и что-то писал.
Улыбаясь, он забрал временный пропуск и отдал Яну новый, очень похожий на прежний, но с чёрно-белой фотографией в уголке.
Ян удивился тому, что в Министерстве есть его снимок. Присмотревшись, Ян нашёл ответ, правда, изумление не исчезло, а, пожалуй, даже усилилось.
– Это не моя фотография. Здесь другой человек!
– Я плохо слышу, - сказал старик, но сообразил, что такое объяснение не устроит.
– Но ведь она похожа! Неужели этого мало? И имя ваше! Что лучше - изображение или имя? Зачем вы задаёте эти глупые вопросы? Узнать вас можно. Вот вы и узнавайте, а не смотрите! Не вглядывайтесь, доверяйте подписи к фотографии, и тогда всё будет хорошо. Люди обычно так и делают. Надпись важнее содержания! Если не верить именам и начать всматриваться, вещи превратятся неизвестно во что, а нам среди них жить!
А потом произнёс странную фразу:
– Со временем черты лица меняются.
И ещё одну:
– Порядочный сотрудник похож на своё удостоверение.
Ян не понял, что он сказал, но немного успокоился и прекратил спорить. С этим документом его пропустят на проходной, а другого действительно не нужно. Он пришёл работать, а не скандалить по пустякам.
2.30.
Несколько встреч в Министерстве его напугали.
Клерк, открывший дверь в маленький тёмный кабинет, выглядел необычно. Не старый, худой и невысокий, казалось бы, такой же, как тысячи других сотрудников Министерства, но ни у кого Ян не видел такой счастливой улыбки. И глаз. Восторженные, блестящие и воспалённые, они будто светились в темноте. Глаза религиозного фанатика, не иначе. В кабинете он был один.
Чиновник взял у Яна документ, смял его в комок, кинул под стол и рассмеялся.
Ян остолбенел.
– Что вы делаете?
– Ничего!
– Вы бросили документ, - произнес Ян.
– Зачем?
– Я ничего не выбрасывал, - ответил клерк и захихикал.
– Как я мог что-то выбросить?
Ян замолчал, не зная, что на это сказать.
– Поздравьте меня, - воскликнул чиновник.
– Меня услышали!
– Кто вас услышал?
– Кто? Министерство! Я долго его кое о чём просил!