– Я не против, - закусив кусочком пирожного, который отломила ложечкой, Хара поднялась, и они с Николь поспешили на танцпол. Сандо стиснул зубы, глядя на парное безобразие: одна в шортах, другая в мини-юбке, парни вокруг на них пялятся. Скоро и знакомиться полезут. Он посмотрел на оставшуюся рядом Гюльнар.

– А ты чего?

– Я напиваюсь быстрее них, у меня уже голова кругом, да и ноги не держат. Я лучше посижу.

Сандо вышел из зала, позвонил Энди и сказал, что нашёл Николь, и постарается её вскоре привезти. Вернулся обратно и сел. Как и предполагалось, возле них с Харой уже кружили два каких-то парня. Девчонкам нет и двадцати пяти лет, для их возраста это нормальные развлечения, да и подкатывающие к ним – примерно их ровесники. Сандо ощутил все свои годы, всю свою хмурость взрослого дядьки, который брюзжит, потому что ему уже за тридцать. Это даже скорее был старый дед, который причитал и осуждал вызывающий наряд Николь. У неё и Хары наладился контакт с теми парнями, что тёрлись рядом. Дождавшись конца трека, квартет перетёк к бару, выпить ещё по рюмке. Вольный брат поймал на себе внимательный взгляд Гюри.

– Давно знаешь Николь? – полюбопытствовал он, чтобы как-то отвлечься.

– С шести лет.

– Давненько…

– Слушай, - вкрадчиво приблизилась она, - если не собираешься снова быть с ней, если не любишь её – уйди, не трогай её. Она моя лучшая подруга, она так страдала без тебя… Мы с Харой едва вытащили её из комнаты, где она заливалась слезами. Николас не выпускал её из-под контроля, но не в состоянии был утешить…

– Как же он её всё-таки упустил?

– Хара помогла сбежать. Хара всегда находит выходы из ситуации.

– Она обвела вокруг пальца Николаса Тсе? – удивился Сандо.

– Думаю, она смогла уговорить его закрыть на это глаза, впрочем, у Хары всегда и везде есть связи, я бы не удивилась, если бы она обвела вокруг пальца и отца Николь.

Золотой бросил взгляд на Хару, вернувшуюся на площадку с кавалером. Интересная личность. Явно не так проста. И не пытается скрыть этого. На самом деле, про Чёрную Вдову он слышал намного больше, но в половину трудно было поверить. Говорили, что она из Шаньси. Говорили, что она из гонконгской триады. Говорили, что она была любовницей кого-то из «пятизвёздных», и их союз развалила тоже она. Ещё говорили, что она – шпионка Дракона, что у них был роман. В общем, про Чёрную Вдову говорили всё и сразу, но приписать подобные связи и такую ловкость двадцатичетырёхлетней миниатюрной азиатке сложно, когда смотришь на её юный задор и беззастенчивое подрыгивание под музыку. Но где Николь? Сандо поднялся, обошёл толпу и взглянул на стулья у бара. Там её тоже не было. Неужели сбежала?! Сорвавшись, он поспешил на выход, вынесся из зала, огляделся. Туалет тут не делился на мужской и женский, это он помнил, кабинки позволяли заходить по двое, как это давно стало модно в «современных» клубах, и заниматься там, чем угодно. Наёмник быстро проверил их, не боясь смущать людей и не слушая их возмущений, убедился в отсутствии Николь и побежал по лестнице вниз, перепрыгивая через ступеньку.

Она стояла с новым знакомым в очереди к гардеробу, и явно собиралась отсюда куда-нибудь уехать. Как когда-то с ним самим, в гостиницу. А теперь она делает это прямо на его глазах? Сандо подошёл к паре и навис над плечом девушки, грозно сведя брови к переносице.

– Далеко собралась? – Николь вздрогнула от его голоса, но не обернулась, зато у неё поинтересовался парень, сопровождавший её после десятиминутного знакомства:

– Ты его знаешь? – Нехотя, сестра Николаса Тсе покосилась за спину и, хмыкнув, бросила:

– Нет.

– А чего он тогда хочет? – пользуясь Николь, как связным, опять проявил интерес ухажёр на одну ночь. Видно было, что иметь дело напрямую с Сандо ему боязно, он был ниже и щуплее, типичный завсегдатай тусовок и вечеринок, который если и подкачивает мышцы, то только для красоты.

– Понятия не имею, - протянула свой номерок Николь, но Сандо выхватил его из её маленьких пальчиков и сжал в кулаке. Он тоже решил игнорировать её и обратился к парню:

– Она с тобой никуда не поедет, проваливай.

– А ты чего лезешь-то к ней? Ты её бывший? – попытавшись проявить смелость, но при этом выдав себя вжавшейся в плечи головой, спросил оппонент. Соперником это было смешно называть, и Сандо про себя окрестил его «хлюпик».

– Я смерть твоя будущая, тебе проблемы нужны? – выступил наёмник из-за плеча Николь и, потеряв последние капли самообладания, молодой человек шмыгнул в сторону, пропав где-то в кучках молодёжи. Дочь Дзи-си, наконец, гневно воззрившись на того, кто был её первым мужчиной, дёрнула верхней губой и, фыркнув, понеслась обратно, наверх, на дискотеку. – Ты видела, в чём ты одета, а?! – гаркнул он ей вдогонку. Ноль внимания.

Сандо последовал за ней. Запарившись, он снял куртку и бросил её возле Гюри, плюхнувшись рядом. Хара зажигала уже с другим парнем, Николь нетерпеливо подзывала бармена, чтобы налил ещё. По ней была заметна степень алкогольного воздействия, когда в девушке просыпается храбрость, хамство и вседозволенность, одним словом – императрица Срединного государства, и море по колено, и горы по плечо, даже самые высокие в мире, тибетские, начинавшиеся здесь, в Цинхае. И уж тем более плевать на такой стадии опьянения было на какого-то горца с этих гор, даже на первого головореза Утёса богов.

Выпив залпом коктейль, Николь подошла к столику, где ещё не допитый стоял графин фэнсян*, налила себе стопку, опрокинула, зажмурившись и уткнувшись носом в руку.

– Хватит уже, эй! – постучал Сандо кулаком по столу, привлекая внимание.

– Николь, в самом деле… - согласилась с ним Гюри.

– Я хочу пить и веселиться! – крикнула она им и крутанулась на каблуках, чуть не упав. Золотой успел дёрнуться, чтобы подхватить её, но она устояла, не заметив его жеста. Окинув публику помутненным взглядом, девушка прошагала к какому-то мужчине, первому попавшемуся, приникла к нему и, обвив шею, полезла целоваться.