***

В палаточном лагере было весело. Мы общались со многими волшебниками, изредка встречали знакомых по Хогвартсу, готовили еду на костре. В проживании с большой компанией людей со всего света есть непередаваемая романтика. Люди в большинстве настроены радушно, с радостью идут на контакт. Разве что стоит делать поправку на то, что все собравшиеся обладают сверхсилами - они волшебники.

Утром на пятый день проживания в палаточном лагере я понял, что хочу чёрного хлеба... Вот не знаю почему, видимо, из-за того глупого сна. С тех пор периодически накатывает подобное желание. В Британии чёрный хлеб можно купить, но он будет совсем не такой, как российский. Я же хочу Бородинского, настоящего. И, кажется, знаю, как и где его можно раздобыть.

Видел где-то в лагере российский флаг. У кого-то из русских с собой может оказаться буханка Бородинского. Неужели зажилят кусочек хлеба, если ребёнок попросит? А мне одного кусочка за глаза хватит, законсервирую чарами, а потом раздую заклинанием.

– Луна, я схожу, поищу русских, хочу кое-что найти.

– Я с тобой, - тут же оживилась подруга.

– Эй, вы куда-то идёте?
– обратил на нас внимание, загорающий лёжа на трансфигурированном лежаке Деннис.

– Колин хочет найти русских!
– восторженно ответила Луна.

– Я с вами, - подорвался с лежака Деннис, и тут же начал одеваться.

Наша троица стала бродить по лагерю. Моё внимание привлёк мужчина примерно сорока лет, короткие русые волосы зачёсаны набок, на волевом лице с серыми глазами хмурое выражение, присущее славянам в повседневной жизни, на нём был надет дешёвый спортивный костюм. Такие любят носить жители бедных районов Бирмингема и русские в поездах или на даче. Он курил неподалёку от брезентовой двускатной палатки, которая внешне ничем не напоминала о магии.

– Простите, сэр, вы говорите на английском?
– спросил я у него.

Мужчина выглядел недоуменным, он явно не понял мой вопрос. Понятное дело, если он иностранец, то для него вопрос звучал так: "Эскузми, сёр, ду ю спик инглиш?".

– Бля!
– выдал мужчина.

– О, русский мне тоже подойдёт!
– перешёл на великий и могучий, правда акцент у меня был жуткий, сказывалось длительное отсутствие языковой практики.

– Так вы говорите на русском!
– обрадовался мужчина.

– Только я, мистер.

– Чем могу помочь, парень?
– спросил волшебник.

– Даже не знаю, как сказать, я немного стесняюсь... Видите ли, я так давно не ел чёрного хлеба. А тут чемпионат, волшебники собрались со всего мира, и заметил русских. Вот и подумал, что у кого-то с собой может оказаться буханка Бородинского.

– Так ты что, хлеба хочешь?
– удивился и вместе с тем усмехнулся мужчина.

– Да, сэр. Меня зовут Колин Криви. Это мой брат Деннис, - указал я на Дэна.
– И подруга, Луна Лавгуд. Может у вас или ваших знакомых найдётся кусочек чёрного хлеба, я бы обменял его на сыр.

– Ох, Коля, вот уж удивил!
– развеселился мужчина.
– Зови меня Сергей Сергеевич. Заходите к нам в палатку, мы с супругой вас накормим.

– Простите, Сергей Сергеевич, мы не голодные. Просто в Британии невозможно раздобыть Бородинского хлеба, а я думал, если будет кусочек, смогу наложить чары стазиса и раздувать его с помощью Энгоргио.

– Да ладно, что уж там, мне хлеба не жалко, - Сергей щелчком отбросил в сторону сигаретный бычок.
– Обождите, сейчас вынесу.

Русский волшебник скрылся в палатке.

– Колин, скажи, что я не ошибся - ты только что говорил с этим хмурым мужчиной на русском?
– удивлённо спросил брат.

– Да-а...

– Когда ты успел выучить иностранный язык?!
– с восторгом и долей удивления спросил Деннис.

– Не учил. Мозгошмыги нашептали.

– Не хочешь говорить, так и сказал бы, - надулся брат.

– Мозгошмыги, они такие, много чего могут, - с уверенностью невозмутимо сказала Луна.
– Колин, о чём ты говорил с этим волшебником?

– Попросил у него хлеба.

– Брат, с каких пор ты стал попрошайничать?
– спросил Деннис.
– У нас же еды в запасе вагон и маленькая тележка. Каждый день шашлыки едим.

– Дэн, какое попрошайничество? Просто хочу чёрного хлеба, который пекут лишь славяне. Тем более я договорился обменять его на сыр.

– Ого!
– протянул брат.
– Раз на сыр, значит всё серьёзно. Наверное, это какой-то деликатесный хлеб?

– Нет, - покачал я головой.
– В России это обычный недорогой хлеб.