Шрифт:
К сожалению, больше о судьбе дяди Акопа и тети Вари я ничего не слышала. Знаю только, что они благополучно добрались до Армении, их там видели наши бакинцы. А у меня перед глазами так и стоит картина, как эти пожилые люди идут от трапа ко мне навстречу, ничего не видя вокруг, с опущенными головами и под ручку…
Наконец, все то же «сарафанное радио» разнесло весть, что должен подойти последний паром из Баку. Мы все столпились у пирса, пока нас не вывели за ограждения. Порядок там соблюдался железный. Нам хоть и вежливо, но твердо указывали, куда идти нельзя ни при каких обстоятельствах.
Саша, весельчак и балагур в обычной жизни, не изменил себе и в этих трагических обстоятельствах. Увидев меня, он заорал прямо с трапа на всю округу:
– Ахчи, Карина, хорошо, что ты здесь! Я что, с твоим термосом всю жизнь на пароходе кататься должен?!
О том, что там были еще и документы, он, по его словам, узнал случайно, когда полез за коньяком:
– За коньяк не беспокойся, мы с отцом его выпили, очень вкусный был! За это получи обратно свою сумку! Кстати, ты в курсе, что там ваши документы?!
Объяснять Саше, что только ради этих документов мы его тут дожидаемся уже четвертый день, я попросила мужа. А сама первым делом пошла отмывать термос от прокисшей каши. Пора было Максимку кормить…
В этот же день мы все вместе приняли решение ехать поездом до Москвы, а там видно будет. Но так как поезд шел через Ашхабад, мы с мужем решили выйти, чтобы заехать к моей тете, привести себя и ребенка в порядок, передохнуть недельку, связаться с моей мамой и решить, что нам дальше делать. Так и поступили.
Через много лет я нашла Сашу. Они с Лилей и родителями благополучно живут в Великом Новгороде. Мы до сих пор общаемся и вспоминаем, как Саша продешевил, вернув мне документы всего лишь за бутылку коньяка…
<p align="right">
<p align="right">
2016 г.
Белый лебедь на пруду
<p align="right">
Саше Вартаняну
Мой старинный друг живет в Монреале. Филолог-полиглот, большая умница, владеет дюжиной языков, но английский – основной, кормилец. Преподавал его некоторое время в европейских университетах. Однако в Канаде своих профессоров избыток. Вот и приходится моему другу подрабатывать телефонным переводчиком.
В Северной Америке все еще хватает приезжих, плохо знающих английский. А тут, представьте, звонок из серьезного учреждения – банка, страховой компании, больницы или полиции, откуда звонят по серьезным вопросам. И эмигрант должен четко понимать, что от него хотят. Переводчик нужен позарез и срочно…
– И как наши ведут разговор?
– интересуюсь у друга.
– По-разному. В основном благодарят, я же помогаю им. Но попадаются и маргиналы. Говорят на повышенных тонах, перебивают, грубят, на мат переходят… И совсем плохо, когда мой телефонный собеседник пьян. Рассказать один недавний случай?
– Давай…
Звонит диспетчер, соединяет с Лондоном. Полицейский на линии.
– Добрый день, сэр!
– Добрый день.
– В супермаркете задержали одного «русского». Хотел украсть бутылку дорогого виски. Скажите ему, что он арестован за попытку совершения кражи. Передаю ему трубку.
– ОК! Здравствуйте, - обращается уже по-русски переводчик.
– Ты кто? – в трубке звучит хриплый и слегка помятый голос мужчины неопределенного возраста. Контраст с четким и невозмутимым голосом британского бобби очевиден.
– Я переводчик.
– И чо?
– Говорят, что вы выпили и захотели украсть бутылку спиртного.
– А пошли они на хер!
Ну все, переводить пьяного человека – дело не только неблагодарное, но и пустое.
– Понимаете, они вас обвиняют в краже, могут посадить.
<