– Нет, лучше дай мне почувствовать эту самую любовь в тебе самом, - скоге протянула к нему руки. Герберт побледнел и опустил глаза. Алиас криво усмехнулся. Что ж, он и не обольщался на его счет.

– Лучше я, - он взял маленькие ладони в свои. Пальцы скоге подрагивали. Она зажмурилась, на виске билась синяя жилка.

Алиасу показалось, что они стоят так очень долго. А потом опаловые глаза распахнулись, и что-то в них неуловимо изменилось.

– Да, теперь я понимаю, ради чего стоит жить. Но в тебе есть что-то еще, похожее на любовь. Только не к нему, - она коротко кивнула в сторону Герберта.
– А к Джарету. Что это?

– Это называется дружба, - Алиас посмотрел за окно. Близился вечер.
– Пожалуй, она даже важнее любви.

– Я хочу и то и другое!
– скоге требовательно подергала его за руку.

– Любовь приходит сама, - невесело улыбнулся Алиас.
– А что касается дружбы... Спаси Джарета, и ты получишь дружбу всех гоблинов Подземелья и мою тоже.

Обещать дружбу самого Джарета он не стал. Скоге оглянулась на оркестр. Гоблины молча смотрели на нее круглыми, полными надежды глазами.

– Ты ведь знаешь, где он и что с ним хотят сделать?

– Да, но эльфы ничего не узнают, - скоге усмехнулась.
– Джарет не вспомнит слов. Я об этом позаботилась.

Алиас содрогнулся. Даже если Джарет поклянется на Камне Истины, что не помнит заклинания, его не отпустят. Алан захочет проверить, не сохранилось ли оно в глубинах сознания Джарета. Но король гоблинов не впустит его в свою память добровольно. И тогда они вывернут его наизнанку.

– Спаси его, молю тебя, - повторил Алиас. Он не знал, какими еще словами можно воздействовать на это странное существо, обреченное тысячу лет оставаться озлобленным ребенком.

– Только представь себе, как разозлятся эльфы, если ты похитишь у них пленника, - вмешался Герберт. И этот довод оказался самым действенным. Скоге кивнула.

– Хорошо, но я не смогу открыть башню. Она зачарована от всех фейри и человеческих магов. Я могу взорвать ее, но тогда Джарет погибнет.

Послышался громкий дружный стон. Они и не заметили, сколько гоблинов постепенно просочилось в зал.

– От всех фейри и людей, говоришь?
– прищурился Алиас.
– То есть, вампиры в список не входят?

– Что?!
– Герберт нервно вздрогнул.
– Ты хочешь,чтобы я открыл вашу башню?!

– Предлагаю объединиться, - Алиас твердо взял его под руку.
– Твой талант и ее сила. Вместе вы сумеете открыть что угодно.

Герберт уже собрался возразить, но скоге раскинула руки, обхватила их обоих и что-то пробормотала. Последующее перемещение в пространстве было не самое приятное в жизни Алиаса. Он с трудом устоял на ногах и подавил позывы к рвоте. Герберт просто рухнул на землю, издав мученический стон. Драккони протер глаза и огляделся. Протер глаза еще раз. Ему доводилось бывать во владениях Алана. Прежде здесь был разбит безупречный парк, а сейчас они стояли в дремучем лесу. Скоге оглядывалась вокруг с таким довольным видом, что Алиас понял, кто был причиной произошедших изменений в самом сердце Лесного края. Он поднял голову. Неподалеку над вершинами деревьев виднелись шпили замка.

– И где эта башня?
– Герберт, не дождавшись утешений, поднялся с земли, брезгливо отряхиваясь от прилипших листьев.

– Да вот же она.

Игрейна указала на то, что Алиас принял за огромное дерево, полностью увитое лианами. Скоге уверенно отвела упругие плети плюща и указала на простую с виду деревянную дверь без признаков замка. Алиас подтолкнул к ней упирающегося Герберта. После первой попытки вампира отбросило от двери на пару метров.

– Не получается!
– проскулил он. - Заклинания не работают!

Игрейна с сомнением посмотрела на Герберта.

– Больше силы я тебе дать не могу, иначе она просто разорвет тебя на клочки. И поторопись, у тебя не больше пяти минут.

– Герберт, - из последних сил сохраняя спокойствие, Алиас обнял его, - заклинания иногда не срабатывают, если имеешь дело с магией старших эльфов. Попробуй почувствовать дверь, уговорить ее открыться. Ты сможешь. Я в тебя верю. Давай, докажи Джарету, что с тобой следует считаться.

Это подействовало. Герберт глубоко вздохнул, присел у двери, приложив к ней ладони, и замер. Через три долгих минуты в двери что-то щелкнуло, и она открылась.

– Не входи!
– Алиас подобранной веткой толкнул дверь. Внутри что-то полыхнуло.
– Джарет! Это я!

– Вижу, - Джарет материализовался за спиной у некроманта.

Король гоблинов выглядел бледнее и растрепаннее обычного, но в остальном был цел и невредим. Он с недоумением посмотрел на Герберта, который весь сиял от восторга.

– Кто поделился с ним такой силой?

– Я, - Игрейна выступила из тени огромного тиса.

Увидев скоге, Джарет мгновенно преобразился. Его голубые глаза с разными зрачками вдруг начали косить больше обычного, и весь он стал похож на лиса, заметившего поблизости добычу.