«В Хогвартсе тот, кто просит помощи, всегда ее получает», - вспыхнули в голове слова профессора Дамблдора, словно спасительное пламя свечи в конце непроглядно темного коридора.

– Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс, - громко, чтобы скрыть дрожание голоса запела она. Чего Гермиона хотела этим добиться, она и сама не знала: то ли напугать Черных, то ли попросить у замка защиты, то ли просто чем-то забить мысли. Черные за окном подняли головы, точно змеи, и вспышки молний отражались в мутной воде их глаз.

– Научи нас, Хогвартс, хоть чему-нибудь, - подхватил Майкл. Черные раскрыли рты в беззвучном крике, обнажая десна, роняя на магический барьер воду, которой они были заполнены настолько, что не могли сдержать внутри.

– Молодых и старых, лысых и косматых, - Джереми отчаянно храбрился, это было видно по тому, как дрожат его колени. Он вцепился в них руками, сдерживая дрожь. А может, он даже пытался удержать их хоть от малейшего шага в сторону окна.

– Возраст ведь не важен, а важна лишь суть, - Гермиона покрепче сжала руку Майкла, а второй вцепилась в плечо Джереми, когда вся армия Черных, как один, с размаху ударила по магическому барьеру. Послышалось жалобное дребезжание стекол, но барьер выстоял.

– В наших головах сейчас гуляет ветер, - Майкл вздрогнул и отодвинул Гермиону плечом за себя, когда грянул второй удар, сопровождавшийся таким мощным раскатом грома, что вековые стены негодующе загудели.

– В них пусто и уныло, и кучи дохлых мух, - Джереми сделал небольшой шаг в сторону и выпрямился. Теперь они с Майклом заслоняли собой Гермиону. Черные царапали пальцами магический заслон, от чего по нему стекали струи воды.

– Но для знаний место в них всегда найдется! – в голосе Гермионы звучало торжество, когда один из Черных высунул длинный острый язык и дотронулся до щита его кончиком. От самого оконного стекла поползла светло-серая паутина разряда, ударив Черного. Очевидно, это было для него не слишком приятно, поскольку он отшатнулся и мотнул головой в балахоне.

– Так что научи нас хоть чему-нибудь, - все трое отступили еще на шаг, задев ногами скамью, и она тоскливо проскрежетала по каменному полу. Черные навалились своими телами на барьер, будто решили продавить его.

– Если что забудем, ты уж нам напомни, - мальчики сильнее сомкнули плечи, когда один из Черных поднял руку очень высоко, положил ее на магический барьер и так замер. Вторую руку он поставил чуть ниже, оттолкнулся от земли ногами и завис так на пару мгновений, словно проверяя, не рухнет ли наземь. Когда этого не случилось, он дернулся и по-паучьи пополз вверх по барьеру.

– А если не знаем, ты нам объясни!

«Не думай о том, где заканчивается барьер, - умоляла себя Гермиона. – Не думай. Малфой не дурак, он должен был знать, что такое возможно. Нет. Что если они попадут в школу? На дверях Зала такой же барьер, я уверена, Малфой подстраховался. Но что, если они пойдут к гостиной Хаффлпаффа? Или в подземелье?»

– Сделай все, что сможешь, наш любимый Хогвартс.

Молнии скрылись из виду, застилаемые черной тучей тел Черных,в Зале наступила абсолютная темнота. Они перебирали руками и ногами так быстро, и Гермиона не могла понять, сдерживает их барьер, или все же ранит. «Почему барьер дал отпор только когда Черный тронул его языком?» - вопрос, который Гермиона хотела задать Малфою. Если он, конечно, доживет. Она отогнала это опасение, боясь, что даст Черным наводку на Малфоя. Этого допустить нельзя было никак. Он видел, где книга. Он знал, как ею пользоваться. Он знал столько всего, что Гермионе хотелось выть от досады, от понимания: если вдруг с Малфоем, с невыносимым, несносным Малфоем что-то случится, всем оставшимся в школе можно будет сразу браться за руки и выходить под дождь.

– А мы уж постараемся тебя не подвести! – последняя нота сорвалась на визг, когда один из Черных рухнул на землю, рассыпавшись тысячей брызг. Магический барьер оказался хитрым, подпустив Черных поближе, дав им надежду – или понимание – того, что он всего лишь щит, но никак не нападение, теперь он сбрасывал одну тварь за другой.

– Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс, - робко пропела Гермиона в тишине, пока Майкл и Джереми, словно окаменевшие, смотрели на Черных, что падали один за другим с магического заслона, рассыпаясь брызгами, впитываясь в землю, растекаясь большой лужей у стены.

========== Глава 18 ==========

– Малфой! – Гермиона вскочила с места, завидев знакомую фигуру. – Малфой, я все поняла!

Малфой замер на месте, презрительно глядя на спешащую к нему Гермиону. Бессонная ночь не прошла без следа. У нее ощутимо тряслись руки, глаза жгло, а ноги то и дело подкашивались так, что она рисковала рухнуть на каменный пол.

– Осторожно, - он выставил вперед руку, подхватывая Гермиону под локоть, когда она споткнулась и чуть не упала на него всем телом. – Что ты поняла, Грейнджер?

– Я поняла, что ты говорил про ревоплощенных! Поняла, почему нельзя называть имен.

– Даже поразительно, как ты дошла до этой мысли, - фыркнул он. – Неужто, Грейнджер, ты нашла под столом свои мозги и вернула их на место?

– Мы ночевали здесь, в Большом Зале, и я разговаривала с Майклом и Джереми, чтобы не уснуть.

– Это неважно, - Малфой махнул рукой, словно отгоняя ненужную информацию.

– В общем, я сказала, что когда мы называем имя или думаем о ревоплощенном, мы его зовем. Это же правда? Они приходят по ментальному следу?