— Тогда прекрати брать ее в свою постель.

— Она сама приходит и заползает в нее голая. Тайлер, она невменяемая. Что я должен сделать, чтобы избавиться от нее?

Мне хотелось сказать, что он должен, наконец, показал, кто здесь главный, и дать ей пинка под зад, но… я не вправе этого делать. Уходя от темы, я набросила на него половину своего пледа.

— Устраивайся поудобнее. Если хочешь, у меня есть еда.

Он кивнул и взял вилку из моей руки.

— То, что мне сейчас нужно.

— Только не сожри все, ладно? Ты не один.

— Не буду. Нихрена себе ты раскомандовалась.

— С вами, мальчики, поневоле станешь командиром.

— А выпить что-нибудь есть?

— Спрайт.

— Это отстой.

Закатив глаза, я съязвила:

— О, простите, что разочаровала вас, милорд!

Мы посмотрели полсезона, умяли всю еду. Каким-то непонятным образом из ниоткуда появился алкоголь. Без лишних разговоров Гектор напился и уснул на диване, а я вернулась в свою комнату без четверти двенадцать абсолютно трезвая.

Жара была невыносимой, поэтому я сбросила одежду и залезла в постель голышом, прихватив по пути валявшуюся на полу футболку Хоука. Он снял ее на утро после убийства Юрия. Мне стоило бы выбросить ее, ведь именно в ней он убил Юрия — она вся была в его крови. Но после всего, что случилось, я словно полностью лишилась рассудка. Меня угнетало одиночество и тоска по Хоуку.

Поэтому я скомкала ее и подложила под голову в качестве подушки. Запах Хоука заполнил мои ноздри, и я легко уснула. Никакие кошмары меня не мучили.

Тайлер

Меньше чем через два часа меня разбудил звук льющейся воды. Глаза защипало от недосыпа и яркого света из приоткрытой двери ванной. Сев в кровати, я устало оглядела комнату и увидела черные ботинки возле двери. Рядом лежали джинсы и… черная кожаная куртка. Запах Хоука ощущался не только в моем носу — он был везде.

Сердце сжалось в груди.

Он здесь.

Принимает душ.

Я быстро пробежала рукой по волосам, приглаживая их, но тут же легла обратно и закрыла глаза. Наверное, мне лучше притвориться спящей. Через двадцать секунд, открыв глаза, я снова села. Мне было не по себе. Ведь когда он выйдет, я обязательно вздрогну. Хоук заметит, что я притворяюсь, и снова возникнет неловкость, а мне совсем не хочется оконфузиться перед ним в очередной раз.

Казалось, прошла целая жизнь, прежде чем выключилась вода, и в поле зрения показалось тело. Он был голый. Абсолютно. И стоял вполоборота, глядя на себя в зеркало. Вроде как внимательно рассматривал свой бок, а я, между тем, не могла отвести взгляда от его выпирающей задницы.

Вау.

Сейчас я по-настоящему увидела его обнаженным. А не как в тот раз, когда в полной темноте он, сидя под струями воды, прижимал к своей груди и баюкал меня, парализованную ужасом. Сейчас его было видно целиком, и — святой Боже! — у него очень крепкая задница и накачанные бедра, которые…

Он повернулся лицом ко мне и вышел из ванной комнаты… Твою мать…

Охуе-е-е-е-е-е-ть.

У меня пересохло во рту. Он выглядел потрясающе. Нет, лучше, чем потрясающе. Парни с развешанных по стенам комнаты плакатов в сравнении с ним просто тощие задроты. Мне были хорошо видны контуры каждой мышцы его тела: мощные плечи, бицепсы, пресс и косые мышцы живота, которые сходились такой четкой буквой V, что остальным остается только завидовать. Но в данный момент не это привлекало мой взгляд. Нет, он был прикован к гигантскому гребаному орудию, бесстыдно направленному прямо в мою сторону, или, скорее, приветственно покачивающемуся.

Ничего похожего на член Гевина, больше напоминающий вялую морковку. У Хоука же он был красивым. Да, я могла бы назвать его член красивым. Это сексуальное чудовище с огромным членом трахало меня, и все было настолько само собой разумеющимся, что мне и в голову тогда не пришло включить свет.

Увидев меня, Хоук остановился.

— Я разбудил тебя? — и при звуке его баритона в животе все затрепетало.

Я покачала головой и отвела взгляд от его великолепного члена.

— Детка, у тебя есть НЕ розовое полотенце?

— Нет.

Он кивнул, и с его волос закапала вода. Хоук вернулся в ванную, снял с крючка розовое пушистое полотенце и вытер им волосы и грудь. Вернувшись, он подошел к краю кровати и опустился на нее с тяжелым вздохом. Некоторое время он неподвижно сидел спиной ко мне. Я нахмурилась и собралась уже спросить, все ли с ним в порядке, когда заметила синяки — огромные, размером с большой кулак — покрывающие его спину. Вытаращив глаза, я тихо поползла к нему. Если он и слышал мои движения, то никак на них не отреагировал. Оказавшись прямо у него за спиной, я слегка провела ладонью вдоль одного из синяков. Хоук со свистом втянул воздух, и я почувствовала, как под моим прикосновением напряглись его мышцы.