Макарию это, по-видимому, не беспокоило; она восторженно переводила взгляд от одной катушки к другой – от одного только обилия информации у нее закружилась голова.

– Что же они со всем этим делают? – полюбопытствовала она. – Допустим, что здесь и правда закодирован набор признаков – не могут же они передавать своему потомству каждый признак, попавший им на кожу?

– Возможно, они каким-то образом ведут подсчет, – сказала Аманда. – Если признак передается большинством встреченных тобой незнакомцев, и они выглядят здоровыми, то такой признак, вероятно, стоит перенять. Если все эти животные воспользовались им и выжили, почему бы не применить их опыт с пользой для себя?

– Звучит как отличный способ уничтожения своих конкурентов, – предположил Карло. – Живи своей жизнью, конструируй свое тело одним способом, а в своих кодах передавай что-то совершенно другое. Объединись со своими двоюродными братьями и сестрами, чтобы все вы повторяли одну и ту же ложь, притворяясь, будто предлагаете новичкам секреты крепкого здоровья в то время как на самом деле распространяете веяние, которое отравит их детей.

– Но в таком случае код не распространится на большое расстояние, – возразила Аманда. – Я имею в виду, что ящерицы не планируют этого осознанно. Код, убивающий соперников, возможно и даст некое преимущество тем животным, которые его распространяют, но если признак по-настоящему полезен, его код будет копироваться в гораздо больших масштабах.

– По аналогии с отбором полезных признаков в процессе прямого наследования, – добавила Макария. – Только эти признаки распространяются горизонтально, игнорируя генеалогическое древо и перескакивая между ветвями, которые разошлись еще до изобретения самого признака.

– Так от веяния можно заболеть или нет? – задался вопросом Карло. – Такое действительно возможно или это просто фольклор? – Немного подумав, он добавил, – Что, если код не обязательно ведет к смерти, но при этом заставляет тебя передавать его собственные копии? Это потребует затрат ресурсов, которые в обычных условиях были бы направлены на другие жизненные процессы – а значит, этот код вполне способен тебя ослабить – но если ты изливаешь наружу достаточное количество копий в форме, которую могут поглотить и реализовать другие люди, код будет распространяться как стихийный пожар.

– Возможно, бывают коды обоих видов, – неохотно согласилась Аманда. – Полезные и вредные веяния – именно так, как нам и говорит фольклор.

– Мне всегда казалось, что вредные веяния в итоге окажутся чем-то вроде болезней, поражающих растения, – признался Карло. – Чем-то твердым и переносимым по воздуху, а не сообщениями, закодированными в невидимом свете.

– Мы ведь еще так и не доказали, что инфракрасные сигналы могу служить переносчиками болезней, – заметила Макария.

– Значит, нам стоит найти несколько больных полевок и самим выяснить, излучают ли они вредные веяния, – сказала Аманда.

– Полевок? – Карло был в замешательстве. – Зачем переходить к другому виду? Мы даже не знаем, используют ли полевки подобные сигналы.

– Ящерицы, скорее всего, вообще не болеют, – объяснила Макария. – А если и болеют, то по ним этого не видно.

Сабина из селекционного центра была рада удовлетворить их просьбу.

– У меня в карантине пять семей полевок. Выбирайте любую.

– А можно взять три? – попросила Аманда. – В течение пары склянок мы их всех вернем.

– Вернете? – Аманда была смущена. – А кто их захочет брать для второго эксперимента?

– Мы их и пальцем не тронем, – объяснила Макария. – Мы просто хотим за ними понаблюдать.

Они перенесли три клетки в лабораторию; в каждой находилось по одному самцу с четырьмя детенышами. Карло стало жаль этих апатичных животных, несмотря на то, что их родственникам он причинил куда больший вред, нежели потревожил покой больного, идущего на поправку.

Записи, полученные со всех трех семейств, оказались чистыми. Карло уже был готов сдаться, но Аманда сказала: Они несколько дней провели в карантине, все вместе. Своими веяниями они уже обменялись. Зачем продолжать распространение кода безо всякой причины?

– А как же мы? – спросил Карло. – Нас заражать нет смысла?

– Возможно, это веяние не особенно интересуется другими видами, – предположила Макария. – А может быть, оно пыталось передаться раньше, когда мы забирали клетки.

– Заряди ленту еще раз, – сказала Аманда. – Я схожу за здоровой полевкой.

– Спустя курант она вернулась с наживкой, практически повторив на входе то действо, которое Макария совершила перед экспериментом с ящерицами. Правда, эти полевки не были выведены отдельно друг от друга; прежде, чем пересадить больных, всех их растили вместе, поэтому их обмен сигналами, если таковой случится, нельзя будет объяснить недостаточно близким знакомством.

Перемотав ленту, Карло увидел, что она покрыта темными полосками. По его коже поползли мурашки. Вот она, прямо перед ним – болезнь, способная передаваться от жертвы к жертве по воздуху в виде инфракрасного света. Полевки отделались простой слабостью, но с определенной вероятностью именно эта последовательность сигналов подтолкнула к гибели его отца.

– Почему бы просто не игнорировать все коды? – спросил он. – Зачем нашим телам рисковать собственным здоровьем?

– Наверное, выгода оправдывает риски, – сказала Макария. – Помимо прочего, в популяции, скорее всего, циркулируют и полезные признаки. Вопрос в том, как отличить полезное от вредного, не испробовав ни того, ни другого?