Да, здесь на море так же пользовались привычными морскими милями, и ход судна измерялся в узлах, то есть милях в час. Потому что в этом был простой и понятный для моряка смысл. На Земле миля имеет не столько численное выражение, сколько угловое – это одна угловая минута вдоль меридиана по широте. Она, правда, колеблется немного из-за не очень правильной шарообразной формы планеты, но это не принципиально.

Достигнув утром близкого берега, караван круто развернулся на восток, обходя землю, и идя по-прежнему в крутом бейдевинде. Вечером снова сменили курс, двигаясь теперь почти на юго-запад. Ветер дул практически в бок (галфвинд), поставили прямые паруса, повернув их на нужный угол, скорость заметно увеличилась, даже не смотря на то, что ветер немного ослаб. Утром ещё можно было увидеть удаляющиеся берега полуострова, который обходили.

Ещё три дня плыли вдоль берегов Кинурии, а на четвёртый сделали первую остановку в небольшом порту острова Сицина (Парамушир). Гавань там была маленькая, и защищала не от всех ветров, но сейчас это было не принципиально. Корабли встали на рейде, сгружая незначительную часть товаров на местные склады, или сразу продавая их в магазины. Остров входил в независимую республику, был гористым, с совсем небольшим количеством пахотной земли, но первую скрипку в его снабжении играло Платейское герцогство, расположенное рядом. Вот только зерно оно само закупало. Зато железо, и изделия из него поставляло исправно.

Не считая работ по разгрузке, команда отдыхала два дня, сходили на берег, но делать там особо было нечего, а потому Саша с Сергеем совершили небольшое восхождение на ближайшую гору, откуда была видна вся северная часть острова, пролив, и соседний остров. Было уже тепло, но почки на деревьях только начали появляться. В кабаке обожрались жутко солёной красной икрой, стоившей копейки, и потом долго не могли напиться.

А потом был дальнейший путь на юг, остановка на Скире (Симушир), где элои двести лет назад одержали свою первую победу над пришельцами из-за океана, и в конце концов они прибыли в собственно Элою, где сразу ощутили, что это крупный культурный центр всего региона.

Приличных размеров город располагался на северном берегу большого острова, в нашем мире называвшемся Хоккайдо, а здесь Глафиар. Для Саши до сих пор было очень непривычно видеть реалии местной жизни, и сознавать, что на этом самом месте когда-то или где-то протекает совсем другая. Кто бы мог подумать, самый что ни на есть японский остров будет населён светлокожими людьми, которые даже не подозревают об альтернативной реальности. Этот порт был важным перекрестьем торговых путей. Именно здесь корабли, прибывающие с севера, делились на два больших потока, один из которых направлялся вдоль восточного побережья Элои, а второй вдоль западного. Со временем же этот город и сам превратился в важного потребителя разнообразных товаров, и центр производства. Купцы здесь разгружались основательно, пополняя освобождавшиеся трюмы местными изделиями, которые можно было выгодно перепродать в других местах. Извечный принцип торговли – купить подешевле, продать подороже. Небольшой навар можно было получить практически с любой мелочёвки, чем и спешили воспользоваться помимо профильных заказов. Весь путь от Бригеса (Усть-Камчатск) занял, с учётом стоянок, шестнадцать дней.

Вообще, эти воды считались уже достаточно безопасными. Города располагались часто, побережье и окрестные воды патрулировались местными флотами. И если не возникало политических осложнений, то можно было ничего не опасаться. Разумеется, существовала опасность нарваться на какого-то особо наглого пирата, но она была уже намного меньше, а потому здесь, на Глафиаре, торговцы, как правило, отказывались от услуг сопровождения, и разбредались дальше каждый в свою сторону. У Дмитрия-Кордила оставалась возможность подождать здесь же, пока соберётся группа кораблей для пути на север, и предложить им свои услуги по охране, но деятельная натура не давала ему сидеть на месте, и он тоже направлялся по своим делам, требовавшим его присутствия в других местах.

Поэтому у друзей был всего один день, чтобы осмотреть новый город, поразивший их образцовой чистотой и порядком на улицах, древними храмами со статуями, богатыми домами, и даже парками в предместьях. Здесь уже было по настоящему тепло, можно было прогуливаться лишь в лёгкой куртке. Но в местных заведениях общепита цены кусались, поэтому друзья лишь слегка перекусили, а ужинать отправились на корабль.

Поскольку капитан не стал утруждать себя загрузкой местных товаров, то фрегат, сопровождаемый бригантиной, вскоре вышел из гавани и направился дальше на юг. В пути их потрепал небольшой шторм с севера, задевший лишь краем, но принёсший прохладный воздух. Обошлось без потерь. В том смысле, что ничего не порвалось и не отломалось. Саша перенёс волнение без проблем, сказалась привычка от былой практики, а вот Сергей слегка позеленел, но быстро пришёл в норму, поскольку док озадачил его мытьём своей каюты. Существует поверье, что морская болезнь – болезнь бездельников. Моряки ей не страдают, потому что они всё время чем-то заняты, и им некогда блевать по углам. Это же распространяется и на обычных людей, если только страдающий не представляет собой клинический случай. То ли это правда, то ли организм начинающего доктора всё же переборол недуг, но он быстро справился с недомоганием, и когда волнение улеглось, был снова бодр и постигал нелёгкую работу судового врача. Обогнув остров, следующую остановку сделали в Метоне, городе, расположенном в проливе между Глафиаром (Хоккайдо) и Сепиасом (Хонсю), где и произошли события, добавившие ярких красок в жизнь новоиспечённых моряков.

Это был огромный город, процветавший благодаря своему удачному местоположению. Отдав необходимые распоряжения по разгрузке, Кордил отправился на берег, передать несколько важных писем непосредственно в руки адресатов, и, наверное, для каких-то важных переговоров. Вернулся он довольно быстро, и на взводе. Команда была немедленно отправлена на выгрузку абсолютно всех лишних грузов на предоставленные склады, облегчая корабль. А среди экипажа разнеслась новость, что капитан взял след одной пиратской шайки, намереваясь её уничтожить. Как позже выяснилось, это была существенная составляющая доходов фрегата «Скампа» – охота за пиратами. Почему туда не отправлялся регулярный флот, ребята не знали, но наверно для этого были причины в местной запутанной политической ситуации.

Едва корабль облегчился, как их тут же взяла на буксир большая вёсельная галера, и потащила к выходу из гавани, не смотря на приближающийся вечер. Так же была выведена и бригантина. Эта услуга наверняка стоила недёшево, но, то ли была договорённость, то ли сам капитан решил не скупиться в погоне за предстоящим кушем. Как бы то ни было, но на чистую воду залива вышли минут за двадцать, и взяли курс на юго-запад, огибая остров, а потом на северо-запад, двигаясь к берегам, где-то являвшимся Россией, её Приморским краем. Там их подхватил хоть и не сильный, но устойчивый попутный ветер, и фрегат пошёл со скоростью порядка десяти узлов. А вскоре, Сашу вызвали к капитану. Сергей уже был там.