Намочив уголок белого полотенца, он бережно прошелся по ее лицу под глазами, вытирая посыпавшуюся тушь, по губам, стараясь не задевать появившиеся трещинки от укусов, по носу, от которого по обеим сторонам начнет расползаться завтра синяк.

Алиса расслаблено прикрыла глаза. Она, вытянувшись, словно кошка, внимала этой нехитрой ласке, а Антон получал какое-то невообразимое удовольствие, ласку эту даря.

Внезапно открыв глаза, она споткнулась о его мягкий, нежный взгляд. Клубящийся пар от горячей воды, собравшийся в ванной комнате, его нежные движения по ее пострадавшему лицу, такое неприкрытое участие и нежность, - вся ситуация походила на сцену из какого-то рекламного ролика про что-то семейное. Алиса потянулась навстречу к нему, а он, заметив это движение, нагнулся еще ниже, ближе к ней.

И тут дверь в их особое пространство открылась, ворвавшись морозом реальности.

– Антон, мне долго тебя ждать?

Глаза Алисы полыхнули холодной сталью ножа, полоснув по голому торсу стоящего рядом мужчины, отзеркалили собранную для уже словесного раунда блондинку и снова зажглись огнем войны.

Алиса вскочила, выхватила полотенце из рук замершего Антона, и вытолкнула его вон из комнаты.

– Иди, разбирайся со своей шалавой.

Возмущенную речь прервала закрывшейся на шпингалет дверью.

Как-то все идет совсем не так, и совсем не туда, куда надо, - размышляла под струями теплого душа девушка. Несмотря на появляющихся поклонников, податься ей все равно некуда, не к отцу же, в самом деле, ехать?

Она, закрыв глаза, нырнула с головой под душ, как в воспоминания.

Продолжение от 21 июня

Маргарита и Павел после свадьбы жили первые шесть лет хорошо, и девочка Алиса чувствовала себя сказочной принцессой-ведь у нее были такие любящие, такие красивые родители. Но Павел начал пить, и в первый класс девочка пошла уже имея отца-алкоголика. Сначала он пил не много, но потом время между запоями начало сокращатьтся, а ко второму классу Алисиной школы Павел уже не работал, беспробудно пил, а Маргарита работала уже в две смены во взрослой поликлинике медсестрой. Выгнать его из дома она не могла, жалела, тем более, что Павел по сути человеком был добрым, и не буянил.

В прошлом году, когда Алиса училась уже в выпускном, одиннадцатом классе, к ним в город приехал брат Павла – Игорь. Огромный краснолицый бугай, работавший столяром на предприятии в соседнем городе. Приехал в отпуск, решил сродниться с братом, по его собственному слову. В результате никакого толка от него не было – они пили с Павлом на пару, а Маргарита все ждала, когда тот уедет. Как ни вечер, затягивали они вместе заунывные песни, водка лилась рекой, и на них начали уже жаловаться соседи. Алиса часто оставалась с ночевкой у подружки, чтобы хоть немного выспаться, и в разоренный дом возвращалась только чтобы сменить одежду.

В один из дней она забежала после школы домой, отец лежал пьяным в кухне возле плиты, в кухне витал жуткий запах алкоголя и еще чего-то кислого и неприятного. Она запнулась о сумку возле двери и поняла, что Игорь собрался уезжать – других сумок в доме не было.

Забежав в комнату, стянула платье, и полезла в шкаф за джинсами. Погода позволяла – апрель был уже теплым, можно было не кутаться в несколько слоев одежды, и под джинсы можно было не надевать колготки. Вдруг хлопнула входная дверь. Алиса поежилась от прохладного воздуха и быстро натянула кофту, другой рукой схватив джинсы с полки. В такой позе ее и застал Игорь. И без того красное лицо его налилось кровью, глаза едва ли не вылезли из орбит. Скрипнули зубы, и по щекам пошли желваки. Алиса вскрикнула, позвав отца. Но Игорь решил иначе. Вырвав джинсы из ее рук, он откинул их в сторону, другой рукой нагнув девчонку лицом в кровать. Жарко дыша ей в спину, он зашарил грубыми руками по ее телу, стягивая трусики вниз, сжимая испуганную грудь.

Алиса кричала, отбивалась и пыталась укусить руку, что зажимала ей рот.

Вдруг он замер, зашарил сзади, видимо, расстегивая штаны, и вонзился ей сзади. Алиса закричала от боли так сильно, что кажется, лопнули перепонки и из глаз брызнули не слезы, а кровь.

Движение он не продолжал – сделав пару поступательных, вынул и спустил ей на спину то, что накопилось. Алиса осталась лежать на кровати в собственной крови и слезах.

Больше Игоря они не видели. Алиса всегда спала с закрытой на шпингалет дверью и никому не рассказывала, что с ней произошло. Но одно для себя она решила точно: ей надо было вырваться из нищеты, но сделать это в девятнадцать лет невозможно в один момент, только если не выйдешь успешно замуж.

И она уговорила мать слезами и мольбами оставить город и перебраться в полумилионник рядом, потому что хоть там можно было начать жизнь сначала. Сдав экзамены, с горем пополам, они уехали, оставив отцу квартиру.

Здесь они жили уже несколько месяцев, и Алиса запихнула произошедшее с ней в такой сундук своей памяти, что не могла бы раскопать его даже специально. Что было, то прошло. Впереди – учеба на платном на заочке на юридическом отделении. Она начала искать себе мужа, игнорируя парней из универа, которым нужно было только залезть под юбку. Ей этого было не нужно – близость пугала ее, страшила боль, которая должна была повториться, и самое главное – она вообще не хотела этого.

А тут..прикосновения Антона будоражили что-то внутри нее, под щетиной, отросшей за этот год после происшествия, волновали и дарили необъяснимые сны.

Тихонько охнув от мыла, попавшего на поцарапанную в клубе кожу, Алиса подумала, что оставаться в этой квартире ей нельзя. Иначе все повторится. И уже по ее согласию. И ночное происшествие, которое не давало покоя ей каждую ночь, не закончится так, как она его закончила тогда, а перейдет в другую плоскость.