Мир перестал кружиться, и второй близнец дернул его за головы, заставляя посмотреть на женщину, сидящую за кухонным столом.

На ее лице были царапины от колючек, в волосах запутались листья. Ее изящное платье сменилось потрепанным нарядом обычного жителя. Но ее глаза оставались ледяными.

Она повернулась к Тельреду.

— Здравствуй, пират.

— Д’Мер, — рявкнул он. Кровь была у него во рту, губы онемели от удара, но он вдавил слова. — Что ты здесь делаешь? Совет…

— Ушел. Весь. Каждый… из… них.

Она медленно встала на ноги. На столе была пара рюкзаков. Один был открыт, и в нем было много бутылок. Тельред пытался разглядеть их, когда Д’Мер преградила путь.

— Совет ушел? Что ты с ним сделала?

— Сделала? Я спасла их. Средины в пути, они будут тут к вечеру, — Д’Мер выглянула в окно, бледный рассвет озарил тени под ее глазами. — Креван сошел с ума. Он сжег деревню, уничтожил мой замок. Мы с трудом спаслись. Он нападет на моря, и будет так же: больше огня и разрушения, невинных умерших душ. Я пришла сюда, надеясь, что совет послушает… и они это сделали, — она повернулась к нему, взгляд был холоднее обычного. — Когда придут Средины, все в этом замке пострадает. Совет это знает, и они решили не биться с Креваном, а убежать. Уплыли ночью.

Тельред не понимал. Он не хотел ей верить.

— Врешь, — прорычал он, скаля зубы, когда близнец сильнее потянул за волосы. — Моря в договоре со Срединами.

Д’Мер закатила глаза.

— Будь это так, Совет не убежал бы. С твоими глазами ничего не случилось, — добавила она, взглянув на его ногу. — Ты должен был увидеть, что корабль горит. Не стоило ждать, пока крысы убегут, а потом переживать. Теперь только ты остался последней крысой в замке канцлера.

Она не врала. Тельред огляделся и понял, что замок пуст. Д’Мер не могла убить всех или потопить все корабли. Так что они могли только уплыть. Они убежали из замка в ночь.

И они бросили его гнить.

Тельред не должен был удивляться. У него не было друзей в Совете. Но это было мерзко, даже для Колдероя.

— И жители?

— И они ушли. Совет забрал их на борт. Пока они играют в правителей, они должны быть в ответе за свой народ. И если вопросов больше нет… — Д’Мер вытащила из-за пояса длинный тонкий кинжал. — Помнится, в прошлый раз я обещала тебе срезать лицо с черепа при очередной встрече.

Тельред старался не замечать ее опасный взгляд, а потом кинжал прижался к его горлу, и стало сложно.

— Если Средины идут, почему ты еще здесь? Почему не убежала с остальными?

— Я могла. Я могла прожить до конца жизни в забытом уголке королевства, вздрагивая от каждой тени и ветра. Но жизнь для меня уже не важна. Так уже какое-то время. Креван разрушил меня. Он все у меня забрал, и я хочу сломить его. Я не смогу жить, если не попытаюсь.

Она нахмурилась, кинжал задел его плоть. Тельред охнул от боли: она ужалила, разбегаясь по коже тысячью колючек. Но нож не дрогнул, и боль утихла.

Он знал, не глядя на ее ухмылку, что Д’Мер собирается резать его медленно.

Близнец обвил рукой его шею, другую ладонь прижал к его голове, оставив лицо открытым. Его колено прижало ладони Тельреда к спине, пока Д’Мер чуть повернула кинжал, и снова стало ужасно больно.

В борьбе не было смысла. Тельред это знал. Он был один в замке, на острове, и сбежать можно было лишь по длинному мосту. Даже если он вырвется из хватки близнеца и избежит ножа графини, он не убежит от них.

— Сначала я уберу твой рот. Если хочешь что-то сказать…

Тельред нахмурился. Его голова вылетели из-за зубов с удивительной силой:

— Мне плевать, что ты со мной сделаешь. Режь, если хочешь. Но останови его, Д’Мер. Выгони Кревана из морей.

Она улыбнулась и вонзила кинжал чуть глубже. Она смотрела, как его кровь бежала по кинжалу. Что-то мелькнуло на ее лице, тоска, от которой Тельред похолодел.

И она отступила.

Д’Мер прошла к столу и села. Она закрыла глаза на миг, убрала выбившуюся прядь со лба. От глубоких вдохов дрожали ее руки, она указала на стул рядом.

— Прошу… присоединяйся, — хрипло сказала она.

Тельред не успел ответить.

Один из близнецов поднял его, другой отодвинул стул. Они усадили его и сунули тряпку в руку. Он с опаской прижал ее к подбородку.

— Ты не собираешься меня убивать?

— Нет.

Она не объясняла, а ее взгляд пугал его.

— Я предупреждаю, Д’Мер…

— Нет, это я предупреждаю, — ее голос был твердым, глаза похолодели. — Что бы ты ни думал обо мне, какую бы ложь ни слышал от совета, сейчас мои советы — твой шанс выжить. Ты умрешь, если не будешь слушаться.