Шрифт:
Каэл был рад, что глаза Килэй сухие.
Она бросилась к нему, как только Его-Руа опустила ее. Он крепко обнял ее, пока она целовала его, и старался не думать о валтасе или королевстве — или о сотне других тревог в его голове. Он не будет показывать ей свою боль.
Он не хотел, чтобы она несла это даже мгновение.
— Все хорошо? — сказал Каэл, когда она отпустила его.
Она нахмурилась.
— Конечно.
— Я спрашиваю, потому что ты была расстроена…
— Это был шок, — пожала плечами Килэй. — Я не ожидала обнаружить там могилу драконов.
«Не просто дракона, а твоей души и ее пары», — подумал Каэл. Она все еще пыталась утаивать от него секреты. Он отпрянул, чтобы она не ощутила его смятение, и повернулся к драконам.
— Все? Мы свободны?
Свист голоса Его-Руа легко разлился по воздуху, пока она смотрела на него, а потом пронзила взглядом Килэй.
— Да, мы способны, — перевела она.
Но ее хмурый взгляд на белого дракона дал Каэлу понять, что это не все. Он посмотрел на Руа, того вдруг заинтересовали облака. Словно он не кричал несколько дней в голове Каэла и не рассказывал о валтасе.
— Они будут смотреть отсюда, чтобы мы улетели. Вряд ли мы еще вернемся, — добавила Килэй. Она скользнула взглядом по холмам и горам, а потом хлопнула его по плечу. — Ты готов?
Нет, он не был готов. Беда королевства нависла над ним бурей. Тучи плевались молниями. Холодный дождь лил на его шею. Но он не мог избежать этого.
— Да. Идем.
Килэй стала драконом, и Каэл отогнал бурю и забрался на ее спину.
«Лети к мою, половинная. Не мешкай, не оглядывайся. Наше милосердие — дар, будет глупо бросать его».
Предупреждение Руа донеслось до него через мысли Килэй, мягче, чем он говорил прямо, но угрозы в этом было больше. Каэл оглянулся на пару драконов за ними. Руа был с парой под боком, его глаза были довольно прикрыты.
Крылья Килэй поднялись, и Каэл впился в ее тело, взмывшее в воздух. Они летели минуту, а потом он услышал голос Килэй:
«Что будем делать с королевством? У тебя есть план?».
Плана не было. Каэл хмурился, отгоняя недовольство от поверхности. Он смотрел на большую гору, пока они летели мимо, желая ее холод. Пещера скалилась ему между трещин. Он думал, что холодный вид отвлечет его. Даст другую тему для мыслей…
Погодите.
Воспоминание пробудилось, пока он смотрел на гору. Голоса звучали в голове:
«…наши земли кладки остыли…
…теперь Родина пуста.
…даже если я скажу тебе, где, ты не доберешься, — глаза Руа пылали в его памяти, сила гремела в словах. — Клинок лежит во тьме и холоде, забытый… среди мертвого».
— Килэй?
«Да?».
— А если я скажу, что у драконов есть сильное оружие, что может покончить со Срединами?
«Я скажу, что это не так. А потом ты настоишь, что прав, — добавила она, не дав ему парировать. — И я скажу, что нам стоит… одолжить его на время».
Пещера становилась ближе. Они почти поравнялись с ней.
— Хорошо. А если я скажу, что оно может быть опасным?
«Насколько?».
— Невероятно.
«Я буду не так заинтригована…».
— А если я скажу, что мы можем попасть в беду, а оружия может там не оказаться?
«Я скажу, что ты безумен, — Килэй вздохнула. Она оглянулась на него пылающим взглядом. — Но если ты думаешь, что у нас будет шанс против Кревана, то я готова попробовать. Хуже уже некуда».
Каэл улыбнулся — отчасти от облегчения, отчасти не давая горлу сжаться.
— Поверни направо. Нам нужно к горе.
Крылья Килэй затрепетали.
«К горе? Нет, мы близко к Руа. Он порвет нас…».
— Нет. Среди камней пещера. Видишь?
Она проследила за его пальцем и простонала.
«Каэл…».
— Вперед! — закричал он, оглядываясь. Даже издалека глаза Руа выделялись среди тенистых холмов. Они пронзали кинжалами Каэла, он ощущал предупреждение. — Вперед, Килэй! Сейчас!
Она недовольно заревела, хмуро посмотрела на нее, но ее ярость угасла, когда Руа развернул большие крылья.
Его предупреждение ощущалось в воздухе, когда они свернули. Оно отражалось от холмов и скал, и Его-Руа присоединилась. Каэл ощущал шеей ее ярость, когда Килэй опустилась. Она рухнула на землю и толкнула его в пещеру рогами.
Она толкала его во тьму. Когда стало узко, ей пришлось стать человеком. Ее ладони толкали вместо рогов, она кричала, подгоняя его.
Каэл все еще пытался привыкнуть к темноте.
— Мы правильно и…?
— Тут лишь один путь, он идет до конца, — рявкнула Килэй.