— Креван мертв. Королевство свободно. Мои товарищи в безопасности. Я сделал все, что хотел, — пробормотал Каэл пыли. — Может, не так хорошо, как вы хотели, но довольно неплохо. Так что… покончим с этим.

Меч опустился.

Вечность боли, вспышка тьмы, и Каэл снова проснулся.

Так продолжалось: Смерть кричал, Каэл боролся. С каждым ударом меча он все сильнее ослабевал. После шестого удара он мог лишь ползти.

Каэл впивался пальцами в трещины в земле и тянул себя на животе. Песок царапал кожу, оставлял мозоли на пальцах. Солнце жгло его голову.

Пока он боролся, Смерть сидел на земле перед ним. Теперь он был в теле Ноа, мальчика с песочными волосами, которого убили в Бесконечных долинах. Хотя он знал, что это Смерть, сердце Каэла дрогнула, когда голова Ноа опустилась на ладони.

И Смерть это услышал.

— О, это сердце! Это проклятое сердце! Я смеялся, когда оно вело тебя в бой, разбивало планы моей сестры. Судьба думала, что она принесет королевству расплату. Но ты не оставил ни шанса.

— О чем вы? — выдохнул Каэл, подвигаясь на дюйм.

— Должна была пройти еще одна война, вторая волна раздора в королевстве, что повернула бы всех к Судьбе. Но этого не случилось, да? — Смерть слабо улыбнулся ему. — Нет, стоило Судьбе подвинуть фигуры, ты сбивал их с доски. Не важно, сколько у нее было армий и правителей, как бы она ни пыталась навредить тебе, ты шел дальше под упрямый стук своего сердца. Не знаю, что задумала сестра. Она хорошо хранит свои секреты. Но я знаю, что Средины не должны были пасть сегодня…. И вообще не должны были пасть. Но ты, твои пути столкнули Судьбу с той силой, которую она не смогла одолеть.

Каэл замедлился, тело дрожало от жары. Кровь покрывала кончики пальцев.

— Какая… сила?

Смерть улыбнулся.

— Возрождение нового королевства. Дикари пробудили силы, великанам дали надежду, шаманы с целыми семьями, пираты с сильным капитаном, свободный полусокол, боевой маг, получивший второй шанс — и куча наемников, которых заманил яблочный соус, — добавил он, закатив глаза. — А все потому, что мальчик из Беспощадных гор спустился к ним. Он увидел их страдания и поднял их. Он был сильным, но они не из-за его силы пришли к крепости сегодня. А из-за его сердца… — Смерть покачал головой и посмотрел на ясное небо. — И теперь это сердце добьет его.

Каэл не знал, верил ли всему этому. Он не сделал так много для спасения королевства. Несколько раз товарищи спасали его.

Но это не имело значения. Он закрыл глаза, ощущая спиной меч Смерти. Он надеялся, что это последний удар.

— Твоя душа зовет меня, Каэл Дурак. Я должен покончить с ее слезами. Но если моя сестра проявит милосердие и отпустит тебя в царство живых, помни день своего рождения. Помни, что ты принадлежишь мне, — он сжал меч. — Может, со временем… ты поймешь этот дар.

Вечный лес

— Каэл!

Слезы покатились по его лицу, когда он ощутил руки Килэй вокруг себя. Его глаза были все еще черными от боли, но он узнал бы ее голос через любую боль.

Под ним была мягкая прохладная трава. Она ослабила жжение его кожи. Когда Килэй притянула его к себе, его боль пропала.

— Я не думал, что снова увижу тебя, — прошептал он, прижавшись лицом к ее шее. Он боялся открывать глаза, боялся, что тогда сон закончится.

Килэй рассмеялась и прижала его крепче.

— Да? Я всегда знала, что ты придешь за нами.

— Как и я, — прошептал другой голос.

Он открыл глаза, ощутив, как что-то задело ноги. Белый хвост дракона обвивал Каэла и Килэй, прижимая их к теплой груди.

Он поднял голову и улыбнулся знакомым зеленым глазам драконессы.

— Здравствуй.

— Здравствуй, любимый, — драконесса держала их между лапами, опустила голову на плечо Килэй. Ее глаза закрылись с довольным вздохом. — Все кусочки моей души снова вместе.

— Мы скучали, если ты не заметил, — сказала Килэй, поцеловала его в макушку и позвала кого-то рядом с ними. — Что думаешь? Он чудо, да?

Каэл застонал, когда ответил голос старухи:

— Это точно.

Судьба выглядела, как он и ожидал: старуха с ссохшимися пальцами в потрепанной мантии. Она опиралась на кривую трость и скалилась, глядя на него бездонными глазами. Они были тусклыми и черными, а у ее брата — яркими и белыми.

Что-то звякнуло у ее длинных ногтей: кости с множеством граней катались в клетке ее тонких пальцев. Он смотрел, и Судьба бросила жребий. Кость подпрыгнула на земле и замерла перед его сапогами.