– Роза, - тихо позвал ее голос Анны.
– Внучка, ты спишь?

– Встаю, - буркнула та, и, не открывая глаз, поплелась в сторону двери.

Холодная вода в душе на сей раз если и не произвела чудодейственное воздействие на словно одеревеневший организм, то хотя бы помогла проснуться, и в комнату Роза вернулась будучи вполне способной перенести и пережить новый день.

Часто моргая, она вошла в комнату на третьем этаже, и только тогда замерла на месте, изумленно глядя в окно. Сверкающее синим небо, зелень оазиса и зеркальные стены ближайших зданий - все это исчезло. Прямо за стеклом начинался коричнево-серый туман, и ни одного просвета не было, словно кто-то наклеил прямо на окно гиганское покрывало.

– Что... что это?
– испуганно спросила Роза у Анны, которая стояла прямо у стекла и смотрела наружу.

– Песчаная буря, - последовал задумчивый ответ.
– Началась еще ночью, мне мадам Леруа сообщила.

Роза потрясенно провела рукой по еще мокрым волосам, и, лишь с трудом оторвав взгляд от коричневого тумана за окном, взглянула на родственницу. Та была уже полностью одета, причесана, собранна.

– Я встала еще час назад, - ответила на ее обескураженный взгляд Анна.
– Ты и Ранди с Джоном спали, так что я пошла разведать обстановку. Твой папа не пошел на работу, так же, как и мсье Леруа. Сейчас выходить в Сулпур никому не рекомендуется.

Растерянно моргая, Роза кивнула и вновь попыталась пронзить взглядом застилавшую воздух мглу за окном.

– Мадам Леруа сказала, что бури не было что-то около года, - все так же отстраненно и тихо продолжила Анна.
– И что для Сулпура это - обычное дело. Конечно, ничего приятного нет в том, что жизнь останавливается на несколько дней, но все-таки нельзя сказать, что бури застают всех врасплох. Я слышала, что здесь работают даже специальные приспособления, расчищающие аллеи от песка.

Роза сглотнула и нервно хихикнула.

– Пойдем вниз?
– предложила Анна после довольно продолжительного молчания.
– Думаю, все уже собрались в гостиной, хотя, когда я уходила, твои родители и братья как раз направлялись на второй этаж. Если я не ошибаюсь, у них там стоит что-то вроде ледяного хранилища для еды.

– Холодильник, да, - Роза улыбнулась и пошла в сторону двери.
– Хорошо, что нам так повезло, что он попал нам в руки. Им, то есть, - поправилась она.
– Даже странно, что я все еще не отделяю себя от них в этом смысле. Хотя свои последние сухарики я ела еще во Франции. А про апельсины и вовсе вспоминать не хочется.

К окнам в гостиной лепился все тот же грязный на вид туман, и в свете включенных ламп виднелись две фигуры, стоявшие у письменного стола. Точнее, стоял лишь Тео Леруа, в то время как его жена что-то писала, придвинувшись близко к столу и выпрямив спину. Когда Анна и Роза показались на лестнице, оба разом обернулись, и Роза тут же напряглась - воспоминания о том, при каких обстоятельствах она видела их накануне, прокатились в ней чем-то холодным.

– Соня явилась, - сообщила Анна хозяевам дома.
– Я думала, что она проспит до обеда.

Роза фыркнула, но когда взгляд Эллен Леруа обратился к ней, она мужественно попыталась улыбнуться.

– Думаю, он не придет, - сообщила тихо мадам Леруа, обращаясь к Анне.
– При такой буре это опасно. Здравствуй, Роза.

– Кто не придет?
– тут же спросила та, быстро кивнув и ответив на приветствие.

Лицо Анны вновь приняло задумчивое выражение, и она пробормотала, глядя в пол:

– Мы ведь договорились с Николасом встретиться сегодня, помнишь?

– Ах, это...
– Роза прикусила губу.
– Да, как некстати.

Она отвернулась, опасаясь, как бы случайно не выдать своего облегчения по поводу того, что поиски пока откладываются, и встретилась взглядом с мадам Леруа. Та моргнула и быстро улыбнулась, так, что Роза удивленно округлила глаза.

– Твои родители и братья устроили настоящий праздник там, наверху, - сообщила Эллен, указывая на потолок.
– Думаю, судя по тишине, пир в самом разгаре.

Роза только кивнула, но говорить ничего не стала. Чувствовала она себя неловко, и не в последнюю очередь из-за того, что подозревала - если кому и известны причины, побудившие мадам Ришар внезапно отправить Леона в Гоби, так только мадам и мсье Леруа. Помимо того, что они были его родителями, они также были в числе тех немногих, кто присутствовал при разговоре в Б-центре, в котором участвовала вся компания, включая и саму мадам Ришар. И как не думай, но все-таки нормальной ту ситуацию назвать было никак нельзя. После того, как Леона лишили возможности поговорить с ней, ей ничего так и не объяснили. Ни мадам Ришар, ни кто-либо еще, включая эту странную Дженни и чету Леруа, не сказал, почему поездка была засекречена, и почему Леону запретили что-либо говорить ей, Розе. Конечно, и она сама вчера не была настроена все обсуждать, но ведь можно было все обговорить еще до прощания, разве нет? И почему, спрашивается, ее не пригласили принять участие в том собрании?

Глядя в виноватые глаза мадам Леруа, Роза изо всех сил старалась не хмуриться. Странно, но у нее это пока получалось, даже несмотря на то, что по лицу мамы Леона было видно - она собирается что-то ей сказать, а Роза все еще не была уверена в том, что хочет ее выслушать.

– Роза, послушай, - сказала Эллен Леруа, когда Роза медленно отвела взгляд и скрестила руки на груди.
– Мы поймем, если ты не захочет разговаривать с нами, но... Дело в том, что эта поездка стала неожиданностью и для нас с Тео.