Ошеломлённый Рой внезапно забыл про все свои тревоги. Он посмотрел на сильно рассерженного Майли, кто уже давно не ребёнок:

— С возвращением домой! — и вновь схватил в объятия, но уже в братские.

— Ты не представляешь, как долго я мечтал об этом, — Майли обратил внимание на тёмные волосы брата. — У тебя уже седина на висках.

— Кто бы говорил, — заулыбался старший. — К маме уже ходил?

— Не успел. Только прибыл в особняк, как твоя супруга мне про тебя всё рассказала. Вот и решил, сначала брата вразумить, а потом сразу к маме, — отшутился Майли. — Алисья у тебя красавица, и детишки прелестные. Я за вас очень рад.

— Спасибо. Услышать от тебя эти слова... Ты не представляешь, как я долго мечтал об этом, — оба брата рассмеялись. — Ты наконец дома. Хвала предкам! Теперь всё будет хорошо. Теперь вся семья в сборе.

— Тут ты прав. Я привёз с собой одного чёрного старого засранца. Никого не припоминаешь?

— Черныша? — Майли кивнул. — Точно все в сборе! Быстрее пойдём к маме. Ты, вообще, первым делом должен был к ней направиться, — Рой взял его за руку и с силой потащил за собой. — По дороге мне всё расскажешь.

За белыми стенами, почти в самом центре города, хвастались своими размерами четыре здания. К одному зданию прилегала большая тренировочная площадка, ко второму — сад, к третьему — маленькая больница. И только четвёртое, что уступало своими размерами другим, одиноко стояло поодаль — особый корпус, в котором обучались одарённые — элита академии. Все учащиеся носили синие одежды с гербом академии на груди, на котором изображены перо и пергамент.

Группа студентов разных возрастов сидела в небольшом зале. Они что-то изучали и яро дискутировали. Дверь в помещение открылась и внутрь зашли два человека.

— Где учитель Лила? — Рой сел на первый попавшийся стул, Майли молча подошёл к окну.

— Она вышла. Сказала, что скоро вернётся, — миловидная девушка отвлеклась от своих дел.

— Хорошо. Все свободны. У учителя Лилы занятий сегодня больше не будет, — все студенты были немного озадачены, никто не сдвинулся с места. — Я её сын. У неё сегодня очень важный день, поэтому занятий больше не будет. Пожалуйста, освободите учебный класс и сходите погуляйте.

Лила шла по коридору с большой папкой в руках. Сегодня у неё хорошее настроение, и она решила устроить теоретические игры-дебаты. Приближаясь к своему классу, ей на встречу шли два её ученика.

— Илисия, Кевин, почему вы не в классе?

— Там вас ожидает ваш сын. Он сказал, что занятий не будет, — ответила девушка.

— Хорошо. Тогда свободны, — Лила немного заволновалась.

Она зашла в класс и выронила папку из рук. Увидев её, глаза Майли заслезились, в один миг он оказался рядом и нежно обнял дрожащую мать.

— Майли. Мальчик мой. Я знала, я чувствовала, — Лила зарыдала, слёзы не останавливались. — Маленький мой, я так надеялась, ждала, — она стала целовать его в щёки.

— Всё хорошо, мам. Теперь я рядом, — он прижал её к груди.

— Мой маленький мальчик. Солнышко моё. Как я хотела... Всё это время... — на спине сына её маленькие ладошки нащупали шрамы, от этого ей стало ещё больней на сердце.

Рой сидел в сторонке и улыбался сквозь слёзы. Мать с братом стояли в обнимку и долго плакали, ничего больше не говоря.

— Теперь все хорошо, — Майли взглянул на маму, которая почти не изменилась, только появились новые морщинки на лице, и теперь она ниже его. — Всё хорошо, мам. Я вернулся, — он поцеловал её в лоб. — Я рядом. Я люблю тебя и никуда теперь не уйду.

— Майли, — она нежно погладила его щёку, — Как я скучала и переживала. Как я хотела всё это время тебя увидеть. Мой любимый маленький мальчик, — немного успокоившись, она вытерла слёзы. — Сними рубашку, я хочу увидеть.

— Мам, это... — сын запаниковал.

— Снимай! — велела она строгим голосом.

Майли мог только подчиниться и снять рубашку, обнажая торс, который украшало множество шрамов. Рой испытал сильный шок. Лила дрожащими руками, с трудом сдерживая слёзы, прикасалась к каждому. Плечо и бок ужасали. Как хирург, она знала на сколько глубоки были раны. Свежий шрам на груди пугал не меньше. Но самыми страшными оказались старые шрамы, она смогла объединить их в общую картину. Потом её взгляд упал на левую руку.

— Пока не стоит, — Майли уловил взгляд матери. — Не сейчас, — но куда ему бороться с материнской заботой и желанием знать всё о своём ребёнке.

— Майли, не перечь матери, — она сама взяла руку сына, который полностью сдался, и аккуратно сняла перчатку.

От увиденного у неё задрожали руки, от шока она почти упала. Майли успел её подхватить той же рукой. Рой уже стоял рядом и с болью смотрел на культю руки и жалкое подобие протеза. Лила же, наоборот, попыталась понять произошедшее, ведь она почувствовала, как твёрдые пальцы обхватили её бок.