— Требует пароль…

— Попробуй «Марта 18»… — пожала плечами Марта и устало растерла глаза.

— Почему восемнадцать? — спросил я, прежде чем ввести необходимые данные.

— Мне было столько лет, когда мы поженились.

— Подходит… — обрадовался я, впиваясь взглядом в открывшуюся таблицу, и… — Твою мать! Это же бухгалтерия… Маршруты, даты поставок… Контакты… Твою же мать! — бормотал я, хаотично пролистывая файлы.

Не смея терять ни минуты, я отправил данные Сеничкину. Для надежности скопировал в облако и, наконец, перевел взгляд на притихшую Марту.

— Что теперь? — спросила она.

— Теперь мы вернемся в столицу.

— В столицу? Разве не ты мне говорил, что это опасно?

— У меня нет выбора, Марта. Сроки поджимают, нас ждет большая работа в штабе, переговоры, возможно, заграничные командировки… в которые, по понятным причинам, я не смогу тебя взять.

— И что же мне делать? — растерянно пробормотала она.

— Что делать? Ничего… Жить. И ждать, когда это все закончится.

Дорога вымотала нас всех. Когда я припарковался во дворе нужного дома, ночь опустилась на город. Лишь кое-где в одиноких окнах горел тусклый свет. Марта вышла из машины, прижимая к себе всхлипывающую Алису. К концу пути малышка не на шутку раскапризничалась. Я чувствовал за собой вину из-за того, что заставил их проделать весь этот путь, но в то же время нисколько не сомневался, что так было надо.

— Куда мы приехали?

— Сейчас увидишь. Пойдем, — бросил я, незаметно оглядываясь по сторонам.

Мы вошли в подъезд, пешком поднялись на последний — четвертый этаж. В историческом центре города застройка была малоэтажной. Достав ключ из кармана, я провернул тот в замке и осторожно толкнул входную дверь.

— Доброй ночи, — раздался тихий голос из глубины квартиры. Глаза Марты удивленно округлились, она замешкалась на пороге, так и не решившись тот переступить.

— Проходи. Знакомься теперь, так сказать, в неформальной обстановке.

— Доброй ночи, Сергей Иванович…

— Доброй ночи, Марта. Проходите, располагайтесь. Вижу, Макс вас не предупредил?

— Да уж. Сюрприз…

Я стащил с ног осточертевшую за время дороги обувь:

— Если мне придется уехать — здесь вы будете в полной безопасности.

— Надеюсь, что мы не помешаем, — чуть насупив брови, пробормотала Марта.

— Никоим образом, — заверил ту гостеприимный хозяин. — Есть хотите? Или сразу будете отдыхать? Я постелил вам в комнате для гостей, так что…

— Я бы хотела в душ, если можно, а потом сразу спать. Да…

— Можно, отчего же нельзя? Чистые полотенца на верхней полке.

Пока Марта копалась в сумках и принимала душ, мы с дядькой успели многое обсудить. По факту, тех доказательств, что она нам предоставила, даже при первом, беглом просмотре хватило бы за глаза. Дерьмо в том, что в нашей прогнившей стране и с такими железобетонными уликами дело могли развалить на любом этапе. Свидетелей — устранить. Тому тысячи примеров. Поэтому план Сеничкина мне нравился все больше.

— Здесь бы бухгалтерию кому надежному глянуть… — устало проговорил я, разминая затекшие плечи. Краем глаза уловив какое-то движение, обернулся. На пороге дядькиной холостяцкой кухни стояла Марта. Ее волосы были влажными после душа, а руками она перебирала подол моей старой футболки, который прикрывал не так чтобы много.

— Я спать. Ты идешь, или…

— Еще поработаю.

— Тебе нужно отдохнуть, Макс, — запротестовала она, погладив мою небритую щеку ладошкой, но потом, поймав взгляд Сеничкина, внимательно наблюдающего за нами, резко убрала руку и отступила. Смутившись… Или не доверяя?

— Я скоро приду, — бросил ей в спину. Марта замерла, не поворачиваясь ко мне, качнула головой и скрылась за углом коридора.

— Ты в ней уверен?

— Более чем.

— Один раз она уже оказала нам медвежью услугу, — напомнил главный, вытягивая ноги. Даже сейчас, в третьем часу ночи, стрелки на его брюках ничуть не потеряли своей остроты. Как и его стальной взгляд.

— Ты не можешь не понимать, почему она так поступила.

Сеничкин вскинул бровь:

— Может быть. Но ее непредсказуемость ставит под угрозу весь наш план.

— Что ты предлагаешь?

— Изолировать ее.

Я отвел взгляд от ноутбука:

— Черта с два.

— Ладно-ладно, не злись, — вдруг улыбнулся Сеничкин, — я ведь просто прощупать почву.

— И как? Прощупал?

— Ничего нового. Ты все так же на ней повернут.

Никак не прокомментировав слова дядьки, я отвел взгляд и снова впялился в компьютер. Повернутый… Абсолютно на ней свихнувшийся.

Спать легли уже ближе к утру. Я провалился в забытье, едва моя голова коснулась подушки, а когда проснулся, ни Сеничкина, ни Марты, ни Алисы в доме не оказалось.