– Почему ты называешь харца по имени? – осторожно уточнил Кродос. – Он же твой отец?..

– А как еще называть человека, который нанял локки, чтобы убить меня? – зло спросил Лай и, оттолкнувшись от дерева, пошагал в сторону замка.

Мужчины все уже собрались. И даже Ковес, ворча и бросая недовольные взгляды на спокойного Авеса, все-таки нашел себе остроносые мужские туфли по размеру. Почему Солдес настоял на том, что стая пойдет вместе с ним, Лай не знал. Да у него и не возникло желания выяснять это. В ответ юноша просто кивнул.

На самом деле сейчас ему хотелось оказаться как можно дальше отсюда. Например, вернуться в разрушенное селение хорко. Кота дома не появилась, а это плохой знак. Она либо погибла, либо у злодея в плену. Сердце опять кольнуло. Некий шепоток доказывал Лаю, что все к лучшему. Как бы отнеслась девушка к ужасающему известию? Посмотрела бы на него хоть еще раз? Да, они не знали. Но как теперь с этим дальше жить?

В какой-то момент Лай обнаружил, что идет по лесу не один. Рядом неслышно ступая, спокойно шагал Солдес. Остальные воины стаи шли за ними след в след. На опушке, где давным-давно они с Котой дрались на мечах, поджидал горбун. Лай по-новому посмотрел на старика. Юноша всегда воспринимал его, как бездушную тень, без чувств, без своего мнения, без всяких прав. Даже то, что у тени имелось тело, он считал лишь случайным недоразумением. И относился к горбуну так же. То, что слуга без сомнений отдаст жизнь за него или Миген, Лай с детства принимал, как само собой разумеющееся. Сегодня все выглядело иначе. Или это он стал кем-то иным?

Глаза горбуна наполнились слезами, когда он увидел наследника. Но старик лишь сдержанно поклонился и пригласил следовать за ним. Как же Лай раньше не замечал этой светлой, самоотверженной любви? В сердце стало теплее от разлившейся благодарности.

Им пришлось обойти замок кругом. Это заняло довольно много времени, ведь приходилось выбирать труднопроходимые места, стараясь не столкнуться с кем-нибудь. Горбун постоянно прижимал палец к губам и все ниже пригибался к земле.

С другой стороны замок как бы полуобнимало огромное поле. Оно покато лежало под неприступными стенами замка и, спускаясь по небольшому склону, постепенно превращалось в болотистую низину. Высокая трава впивалась колючими концами в бедра, цепляла одежду, путалась под ногами. Лай терпеть не мог это противное поле. Но, с точки зрения стратегии, оно было очень привлекательным для жителей замка. Как раз потому, что послужило бы помехой возможному противнику. Если бы те прошли через болото, то неприятный холм, с легкостью разрывающий мокрую одежду, царапающий до крови ноги коней, еще больше ослабил бы строй неприятеля.

Осторожно продвигаясь вдоль замка, спутники прижимались к самим камням, стараясь обходить опасную густую поросль. Наконец они остановились. Горбун придирчиво присматривался к стене. С виду, абсолютно монолитной.

– Здесь нет хода, – уверенно заявил Лай, знавший в замке каждый камешек. – Это невозможно…

Но горбун лишь мягко улыбнулся и… скрылся в стене. Лай сглотнул, уставившись на шершавую поверхность. С недоверием качнул головой, подошел и потрогал рукой. Пальцы свободно погрузились в камень.

– Невероятно, – прошептал он. – Это что – магия? Я не ощущаю силы…

– Это фокус, Лай, – добродушно усмехнулся Солдес, мягко подталкивая юношу в спину.

Лай послушно шагнул вперед, и оказался в небольшом закутке, окруженном с трех сторон уходящими ввысь стенами. Оглянувшись, он увидел, как из-за кривого угла выходят воины один за другим. Вожак похлопал юношу по спине.

– Древний фокус. Обычно такие ходы скрыты чем-нибудь отталкивающим… например, выгребной ямой. Поскольку со стороны прохода не видно, но нащупать можно. Правда, в данном случае, это без надобности. Хе! Теперь богачи привыкли пользоваться услугами локки. А раньше, когда люди были на стороне властителей, они делали подобные фокусы, чтобы обмануть напыщенных от собственной важности и силы колдунов…

Лай недовольно покосился на спину горбуна, указывающего дорогу, но промолчал. Он все больше и больше злился на Миген. Оказывается, у матери были секреты от него! Сначала Кота, теперь ход… Он уже не знал, что ожидать дальше.

– Чего зубами скрипишь? – шепотом спросил у него Солдес и тихо рассмеялся. – Уже стал мрачнее тучи!

– Кота у локки, – едва сдерживаясь, рявкнул Лай, – а тебе весело? Неизвестно где, может, уже мертва… А вы вместо того, чтобы искать ее, спасать, увязались за мной!

– Не рычи, – осадил юношу воин и, по-волчьи приподняв верхнюю губу, усмехнулся. – Боги направляют нас. Не сопротивляйся судьбе, Лай. И не жалей ни о чем, все всегда происходит правильно…

– Да?! – вспыхнул юноша, ударив по стене. Камень, размером с человеческую голову, мгновенно рассыпался в пыль. Лай еще не научился контролировать силу Лунного волка. – Как может быть правильным то, что мы… – Осознав, что кричит, Лай внезапно остановился и даже прикрыл рот ладонью. Нет, об этом никто не должен узнать!

– Поверь! – В установившейся тишине голос зеленоглазого мужчины прозвучал раскатом грома. – На все воля богов. Это не всегда видно, потому что мы слепы… Воины стаи всегда знали чуть больше, но мы платим за это свободой.

– Вы – волки, – горько ответил Лай и покачал головой. – Вы действительно свободны…

– Это такая же искусная иллюзия, – вожак махнул рукой в сторону входа. – Воины стаи – орудие богов. И все. Что происходит с нами – по их воле. Противиться судьбе опасно для жизни… тех, кто нам дорог. Запомни это, парень! Чутье говорит мне, что сегодня в замке Кота исполнит свое предназначение.