Меня завели в квартиру и усадили на стул на кухне. Мила суетливо наливала валерьянку в стакан, приговаривая, что все будет хорошо.

— Давай, выпей. Тебе успокоиться нужно.

Одним махом опустошив стакан, протянула его подруге. Руки все еще тряслись, будто я алкоголик со стажем. Ужас от происшедшего не отпускал. Я никак не могла успокоиться. Знала только одно: из дома не выйду одна ни за что на свете.

— Лучше? — обеспокоенно спросила Мила, взяв меня за руку. Я лишь отрицательно покачала головой. — Все закончилось, Рит. Слышишь? Он тебя больше не тронет.

— Откуда…ты знаешь? — заикаясь и всхлипывая, спросила.

— Потому что одна ты по улице больше не ходишь. И завтра же пойдешь и напишешь на него заявление в полицию. Свидетелей полно.

— Нет, это его только разозлит. И родители его отмажут.

— Может и отмажут, зато потом так вставят, что мало не покажется. Может и в клинику его положат. Ладно, это потом. А сейчас иди, приляг.

Я подчинилась и без слов пошла в комнату подруги. Легла на кровать и, прикрыв глаза, глубоко вдыхала и выдыхала, чтобы унять дрожь и хоть немного прийти в себя.

В дверь раздался звонок. Я испуганно подскочила и, соскользнув с кровати, подбежала к двери и прислушалась. Испугалась, что это мог быть Никита и уже начала искать что-то тяжелое для защиты, но, услышав голос одного из близнецов, выдохнула с облегчением.

— Как она? Может, помощь нужна какая-то?

— Пока не очень. Она сильно испугалась. Знаешь, я, конечно, разозлилась на вас за слежку, но…представить боюсь, что было бы, не окажись вы во дворе. Спасибо тебе, Кость.

— Откуда ты знаешь, что я Костя? — удивленно спросил парень.

— Секрет фирмы, — самодовольно ответила Мила.

— Нас даже мать с трудом различает. Непорядок, — пробурчал Костя. — Слушай…ты извини…за тот раз.

— Свою вину ты искупил. Прощаю. Спасибо еще раз.

— Тогда…как насчет второго свидания?

— Я тебя простила, но о свидании можешь даже не мечтать. Ты уже показал себя во всей красе, — фыркнула Сатинская, заставив меня улыбнуться. Косте предстоит долгая и кропотливая работа, чтобы убедить ее в своих серьезных намерениях. Если такие есть, конечно.

— Мил…

— Разговор окончен.

— Все равно моей будешь. Уже моя, только никак понять не можешь. Глупенькая.

За дверью послышалась возня и недовольное мычание Сатинской. Я даже дверь приоткрыла, не справившись с любопытством. Костя обхватил ее за затылок и жадно целовал, другой рукой прижимая к себе девушку за талию. Мила поначалу пыталась вырваться, била его руками по плечам, но в какой-то момент обмякла в его руках, сдалась.

— Ай! — Костя отскочил от нее и схватился за губу. Похоже, кого-то укусили. Но в глазах парня не было злости, наоборот, вспыхнули озорные огоньки. — Моя строптивица огненная, — промурчал он и, быстро чмокнув недовольно сопящую Милку, выбежал из квартиры.

Я на цыпочках пробралась обратно к кровати и легла, сделав вид, что ничего не сделала. Приняв удобное положение, ждала, когда подруга войдет в комнату, но, судя по удаляющимся шагам, она направилась в сторону кухни. Странно… Может я ее обидела чем-то?

Несколько минут я ждала ее появления, раздумывая, что могла сделать не так. А когда собралась встать и пойти к Миле, она, наконец, появилась.

— Сумасшедший денек, — тяжело выдохнула подруга и плюхнулась на кровать рядом со мной.

— И не говори, — согласилась с ней, разглядывая потолок. — Костя заходил?

— Заходил, — кивнула Мила и, повернувшись, ко мне, ехидно протянула. — Думал, я к нему в объятия упаду за твое спасение, наивный. Но ты же все равно все слышала, можешь не притворяться.

Я в ответ только фыркнула и отвернулась, чувствуя, как от стыда горят щеки. Ведь подслушивать нужно так, чтобы никто не заметил.

— Да ладно. Я бы на твоем месте сделала точно так же, — Мила мягко толкнула меня в плечо и рассмеялась.

— Я просто боялась, что это Никита пришел.

— Пусть попробует. Я из него отбивную сделаю.

— Ну-ну. Кстати, а правда, как ты близнецов различаешь? Они же одинаковые.

— Просто у Кости синяк под глазом. Забыла? — захихикала подруга.

— Точно! — стукнув себя по лбу, выпалила.

— Вот и он забыл. Пусть теперь мучается.

— Да ты коварная женщина!

— Не то слово! — победно воскликнула Мила и, в один миг став серьезной, спросила. — Тебе лучше?

Позитивный настрой тут же испарился. В душу снова закрался страх, а перед глазами вспыхнул безумный взгляд Никиты. У него уже совсем крыша съехала от наркотиков.