– Не надо! – Резко возразил журналист.

Марченко ничего не понимал.

– Почему?

– Во-первых, это нарушит мой план. – Объяснил Колганов. – Во-вторых, это произойдёт позже.

Полицейский хмыкнул и потер подбородок.

– И какой твой план?

– Я приготовил для Лазаревского неприятный сюрприз… - Главред запнулся и просветлел. – Кстати! Ты знаком с его дочерью? Не помню имя…

– Маржана.

– Да. – Колганов нахмурился. – Ты её знаешь?

Следователь пожал плечами.

– Допрашивал.

– Ах, ты же мент. – Журналист махнул рукой. – Я и забыл.

– Хватит меня троллить, - возмутился полицейский.

Колганов тяжело вздохнул и протянул руку.

– Слушай, Марченко, я хотел бы извиниться перед тобой за неверие. Я – идиот. А Лазаревский – козёл.

– Извинение принимается. – Следователь ответил на рукопожатие. – Но всё гораздо хуже и глубже: случайно зашёл в тыл Лазаревского. Позже расскажу об этом обстоятельно.

Собеседник не удержался от соблазна спросить:

– И что это за тыл?

Прежде чем ответить, Марченко немного помедлил.

– Смотришь голливудские блокбастеры?

– Конечно. – Подтвердил Колганов. – Только их и смотрю. Сначала «Россию 24», а потом сразу в кинотеатр.

– Ну вот и отлично. – Однако полицейскому не до шуток. – Только я серьёзно. Там в фильмах главный герой постоянно оказывается в эпицентре сражения между добром и злом. Так и мы с тобой. Только ты об этом забыл, потому воспринимаешь мои слова как бред.

– Как кремлёвскую пропаганду, - улыбнулся журналист.

– Вставай уже. – Марченко дружески его толкнул. – Хватит валяться!

Глава 96

Ян Григорьевич припарковал мерседес и набрал номер Маржаны.

– Это лишнее. – Негромкий голос за спиной заставил вздрогнуть от неожиданности.

– Ты всё время была здесь? – Он убрал телефон.

– Почти, - подтвердила она.

– Значит, знаешь, что произошло? – Настороженно поинтересовался Ян Григорьевич. Он не привык к слежке за собой. Тем более напрягает тот факт, что от внимания дочери против её желания избавиться невозможно.

– Ты мне не доверяешь, папа? – Девушка зевнула и потянулась.

Ян Григорьевич нахмурился.

– Маржана, ты ответишь на мой вопрос?

– Отвечу: я в курсе того, что произошло. Не была там, не видела воочию. Просто знаю.

– Откуда?

– На тебе запах журналиста, запах его крови. – Маржана повела носом. – И в портфеле у тебя пистолет, из которого ты стрелял. Я слышала три выстрела.

– Я использовал глушитель. – Ян Григорьевич поёжился. – Неужели звук выстрела был настолько громким?

– Нет, он был едва различимым. – Успокоила его Маржана. – Просто ветер дул в мою сторону.

– Ну хорошо. – Мужчина выдохнул с облегчением. – А то я начал опасаться, что действовал недостаточно осторожно.

– Ты и действовал недостаточно осторожно, - заметила дочь.

Ян Григорьевич вскинул брови.

– Что ты хочешь этим сказать?

– То, что тебя видели. – Констатировала Маржана. – Случайным образом прогуливавшаяся неподалёку парочка.

Ян Григорьевич побледнел.

– И как я их не заметил? Их нужно немедленно найти!

– В этом нет необходимости. – Маржана удовлетворённо осматривала «маникюр». – Они оба погибли от укуса змеи.

– Ты… спасибо, - только и выдохнул Ян Григорьевич.

– Не за что, папа. – Маржана улыбнулась. За тёмными очками змеиных глаз не видно: просто эффектная брюнетка. – Всегда рада тебе помочь.

Мужчина попробовал ощутить подоплёку фразы, её возможный скрытый смысл: издёвку, угрозу или насмешку. Но нет. Ничего подобного не читается и не слышится.

– У меня к тебе просьба, дочь. – Наконец, решился он.

– Какая?

– Необходимо подложить пистолет одному человеку. Ты его знаешь… должна помнить.

– Как его зовут?

– Александр Дмитриевич Марченко. Полицейский.

Глава 97

– Слава богу! – Оксана повисла у Колганова на шее. – Ты пришёл! Я волновалась. Звонил какой-то непонятный тип…

Журналист, даже если и хотел бы злиться на помощницу, сделать этого был бы не в силах. Он крепко обнял девушку и хотел только одного: не выпускать её из объятий.