Сегодня мы играли, одетые в пижамки. Дети, под впечатлением моих слёз, не возражали, когда я тискал их, радуясь. Никита тоже был одет в голубенькую новую пижамку, на моих штанах были нарисованы голубые звёзды.

Посмотрев вечером очередную серию о приключениях японских школьников, я помыл детей и уложил спать, намурлыкав им колыбельную.

11.
– Какой ты красивый! – смеялась Куэс Джи, когда подняла меня с кровати. Я ещё зевал, потягиваясь, а девушка-кошка ходила вокруг меня, разглядывая обновку.

– Даже твоя пегая голова подходит к этой пижамке!

– Голова? – перестал я зевать. – Причём тут голова?

– Ты никогда не смотрелся в зеркало? – спросила Куэс.

– Смотрелся, и что?

– Посмотри ещё раз. Если отражаешься, конечно.

Я посмотрел в зеркало, осмотрел себя. Голова, как голова. Только у всех она одного цвета, а у меня – чёрно - белая. Вообще-то у Вальки причёска бывает и синяя, и зелёная. Я так и сказал девушке.

– Валька красится! – наставительно сообщила мне кошка. – А у тебя натуральный цвет! Впрочем, неудивительно, при такой жизни! – я вырастил у себя кошачьи уши, вытянул вперёд челюсти с носом, сделал круглые глаза с широко открытыми зрачками. Теперь цвет моей шерсти стал гармонировать с отражением в зеркале. Куэс тоже сделала себе кошачье лицо, вместо рук появились лапы.

– Пойдём? – спросила она.

– Пойдём! – согласился я, и мы побежали по дому, смеясь, я уже знал, что никого не разбудим.

После обхода всего дома, на чердаке, девушка-кошка начала учить меня различать людей и духов.

Как и чем пахнут духи, она показала на себе, расстегнув блузку и прижав моё лицо к своей мягкой груди. Не отпускала, пока я не сказал, что знаю, как пахнет Дух Дома.

Потом мы сбегали к Вальке, и меня засунули под одеяло спящему мальчику. Запах был совсем другой.

– Понял? – весело спросила меня кошка.

– Разница есть! – глубокомысленно ответил я, почёсывая затылок. – Только не пойму, зачем он носит такую одежду?

– А ты прикоснись к заклёпке, - предложила мне Куэс. Я поднёс палец к заклёпке, и отпрыгнул, ойкнув, потому что между пальцем и заклёпкой проскочила искра.

– Серебро! – пояснила Куэс. – Валька что-то знает, пытается защититься от духов!

– Я сегодня залазил на дерево... – начал я.

– Зачем? – удивилась домовая.

– Меня испугала собака... – девушка хихикнула. – Не смейся! – проворчал я. – Я не люблю и боюсь собак. С дерева я увидел соседский двор!

– И что? – насторожилась Куэс.

– Там живёт собака! Большая собака!

– Хочешь сказать, не пойдёшь к ним, на разведку? Боишься?

– Боюсь, конечно, но, если ты попросишь, схожу. Только, мне кажется, они меня узнали.

– Кто «они»?

– Там были ещё две девочки. Одна нормальная, а вторая, по виду, как ты.

– Аякаси? Домовую, или домового там я не чувствую, пустой дом!

– А эти... аякаси, они что, духов едят? – спросил я, вспоминая мультик. – Я думал, это выдумки! – я зябко передёрнул плечами.

– Едят... – неохотно призналась Куэс. – Ты же тоже кого-то съел?

– Я?! – вскричал я, отшатываясь от домовой.

– Конечно! Просто так ты бы не появился. – я смотрел на девушку, открыв рот.

– Я...я...я...

– Не волнуйся! – засмеялась кошка. – Детей ты не съешь! Ты дал клятву на крови этой семье. С помощью плётки. Чертей так приручают.

Я сглотнул, во все глаза глядя на подругу.

– Успокойся, Саня! Ты уже почти человек, только обещай, что сначала поможешь мне разобраться с этими аякаси?

– Конечно, помогу! – с готовностью согласился я, с трудом приходя в себя от таких жутких открытий.

– Пойдём, дальше учиться. – кошка привела меня в нашу комнату, заставила обнюхать девочек и мальчика.

– Что скажешь? – спросила она у меня.

– Они все пахнут по-разному! – удивился я. – Я же играл с ними, знаю, как они пахнут, но сейчас, обнюхивая их специально, понял гораздо больше!

– К сожалению, люди не оставляют меток на углах, и деревьях, как это делаете вы и собаки, тебе было бы легче ориентироваться среди них. Ещё раз, обнюхай у них внизу живота. Особенно у близнецов внимательно. Понял?

– Да, они разные! По-разному пахнут. Да и выглядят по-разному, я сразу их различал.

– Ты по запаху их различал, - возразила девушка. – Теперь обнюхай меня.

– Ты совсем не пахнешь человеком! – удивился я.

– Конечно! Я ещё не человек. Себя обнюхай.

– А у меня двойной запах!