– Неужели тебе нравится такая жизнь? – спросил он меня. Я кивнул, снова улыбнувшись.

– Давай, сбежим? – я перестал улыбаться, испугавшись, и отрицательно затряс головой.

– Ну и дурак! – сказал Валька. – Я бы сам сбежал, да не смогу там выжить, один. С тобой хочу, ты сильный и послушный. – Я кивнул, улыбаясь.

– Что, согласен? – я отрицательно покачал головой.
– Ну, смотри, я предупредил! – сказал Валька, выходя и снова усаживаясь за свой стол. Воткнул в уши новую гарнитуру и отрешился от мира.

Я смотрел на него, напряжённо думая, почему Вальке не нравится здесь жить. Может, просто погулять хочет? Мне, например, надоела жизнь бродячего котёнка, когда каждый прохожий норовит тебя пнуть, собаки постоянно гоняют, я даже видел, как они насмерть растерзали одну мою подружку, не успевшую забраться на дерево, постоянно голод терзает внутренности. А как-то меня поймали мальчишки, и... что было дальше, не помню.

Малыши стояли возле стеклянной двери и тоскливо смотрели на меня. Я показал им язык и углубился в чтение.

Долго наслаждаться одиночеством мне не дали. Пришла мама и выпустила на волю, к взвывшим от счастья ребятам, или зверятам, это с какой стороны смотреть.

– Поиграйте немного, посмотрите мультики, и спать! – строго сказала мама. Интересно, с Валькой она никогда при мне не разговаривала. Будто его и не было. Валька тоже не обращал на неё никакого внимания, только спускался в столовую, когда мама звала кушать. Я даже не видел, как он выпросил новые наушники.

Повозившись на ковре, мы включили телевизор. Ребята любили смотреть японские аниме, мне было всё равно, что смотреть. Мы сидели на полу, глядя на большой экран, мне было хорошо, спокойно, как вдруг показалось, что мы в комнате не одни. Я огляделся. Никого не было, но чувство постороннего присутствия никак не проходило.

Я поднялся на четвереньки, обошёл комнату, тщательно обнюхивая все углы.

Под кроватью кто-то был. Я встопорщил шерсть, тихонько зарычал, и услышал в ответ тихое недовольное сопенье. Потом всё исчезло. Я внимательно осмотрел небольшое пространство под кроватью, куда даже я не мог пролезть. Всё было тихо, никого там уже не было.

– Сай, ты что? – спросила Даша, оглянувшись. Я муркнул, подлез ей под руку, напрашиваясь на ласки. Даша погладила меня по голове, почесала за ухом, и я опомнился. Мне показалось, что я опять котёнок.

– Даша, Сай опять превращался в котёнка? – тихонько спросила Маша. Даша, молча, кивнула, приложив палец к губам. Никитка, если бы услышал, опять закатил бы скандал, требуя, чтобы я превратился в котёнка. А у меня не всегда получается, я сам не замечал превращения, ведь для себя я всегда оставался мальчиком, это только со стороны видно.

Когда кончилась очередная серия про приключения японских ребят и их противников, демонов, я стал укладывать ребят в постельки. Сёстры спали вдвоём на нижней широкой кровати, Никиту я укладывал на верхний ярус, а для меня поставили кресло-кровать. И место мало занимает, и мне удобно спать, залазить ночью не надо высоко, один прыжок, и ты на кровати!

Дети просили меня спеть колыбельную, и я мурлыкал им на ночь песенки. Почему я укладывал Никиту, потому что они засыпали вместе, втроём, внизу, слушая мои песенки. Мальчик был лёгкий, приятный на ощупь. Пока спит, такой хорошенький! Мне хотелось долго носить его на руках, уткнувшегося в моё плечо маленьким носиком. Хорошо, Валька к этому времени уходил в свою комнату, я почему-то боялся его насмешек больше, чем розог мамы.

... ты глупый, Сайл! Неужели тебе нравится, когда тебя бьют?!

– Мама!

– Что, «мама»? Снимай штаны! – я расстегнул ремень на шортах, расстегнул замочек и приспустил штанишки.

– Трусики тоже! Где я тебе напасусь трусов? – я стянул трусы и лёг на мамину кровать, голову положил, наблюдая за мамой. До этого я ложился лицом вниз, с удовольствием вдыхая мамин запах.

В этот раз мне стало любопытно, чем это меня бьют.

То, что я увидел, меня несколько удивило. В руке мама держала плётку, с вплетёнными в неё острыми лезвиями. Мама размахнулась и ударила. От неожиданности я взвизгнул.

– Ты чего? – удивилась мама. – Больно, что ли? Тебя мало били?
– стегнула ещё раз, и я вспомнил.

Били меня часто и много. Очнувшись в каких-то кустах, я выполз на дорогу и пошёл по ней.

Чуть не свалившись от усталости, добрался до жилья, где собаки чуть не задрали меня.

Потом были ещё какие-то постройки, шёл дальше, пока не учуял запах пищи. Раскопав кучу, нашёл что-то съедобное, начал есть, и тут услышал:

– Пошёл вон, щенок! – и удары по всему телу. Выбросив на твёрдую землю, оставили в покое.