– В расчете, – подтвердил я, поинтересовался, – А теперь вы куда?

– Мы к Саше Черному. Достал беспредел в Тихом. Тот же честный бандит, у него порядки нормальные, правильные. Особо никто не лютует… В общем, сами живут и другим дают.

– Ясно. Удачи.

– И ты береги себя.

Пожал руку, уже зная, что будет, но… но не стал мешать, орать «осторожно!», «сзади!», дергать вперед хантера, теперь точно бывшего, так как Любимов, материализовавшись сзади, воткнул тому в шею мозголом. Да и не смог бы я ничего сделать, слишком все произошло стремительно.

Синица недоуменно посмотрел куда-то в сторону, а затем его лицо расплылось в блаженной улыбке, и столько в глазах было отвязного счастья... Мама, мама, поймай меня… Командир отряда спецназа с легкостью и какой-то небрежностью, убедившись в том, что мозги бандиту выжгло напрочь, как и заявлял Сан Саныч – в две секунды, еще через десять свернул тому шею. Хруст. Любимов чуть придержал тело, почти нежно опустив его на асфальт.

– И зачем это было нужно? Ты, понимаешь, что в бандитском стане информатора меня лишил? И человека, которым можно было воспользоваться не раз и не два, для благих дел, – спокойно спросил я.

Тот повернулся, вперил в меня тяжелый взгляд:

– Так надо, – сказал, как отрезал, – Не в бирюльки играем. А тебе бонус, за потерю крота, что снимешь с него – я не претендую. Надеюсь ничего больше объяснять не нужно?

Отрицательно покачал головой, активируя шлем. Мне и смотреть в сторону не надо, разведчик картинку показал, как сейчас с четырех тел бандитов собирают трофеи бойцы, поочередно, втыкая сборщик чуть ниже шеи.

И здесь, не пропадать же добру. Нет, Синицу мне жалко не было, он и к Черному подался не добро и свет нести в мир, но… это был мой информатор. Повторю Мой. А об той банде, в которую он собирался, в Надежде знали крайне мало. Или, как вариант, не спешили делиться особо. И он пользы пока принес больше, чем вреда. Опять же, если бы не задушевная беседа с бандитом, вряд ли я узнал о заложнице, об ее матери, да и об обстановке в целом.

Это мой был крот, мой!

И разбирала злоба. В большей мере, на себя. Кто мне мешал, встретиться с покойным хантером наедине, а потом привлечь Любимова? Никто. И еще, держать ухо с этими волчарами надо всегда востро. Пусть и вражды у нас нет, и вроде бы одно дело делаем, однако… те продемонстрировали четко и однозначно общее отношение. Хотя кто я им? Ответ простой и очевидный – никто. А они вместе кровь ведрами лили, и чужую, и свою, а это куда как больше сближает ломания хлеба. И вот это надо в голове всегда держать.

Нет, все понятно, что таким образом спецназ намеревался подчистить все следы, убрать любые ниточки, которые могли бы привести к службе внешних спецопераций и ее главе в случае смерти дочери Главного.

Вот интересно, они всех бедолаг, которые сейчас ждали команды на выдвижение, в случае гибели девушки, тоже на ноль помножат?

Здесь хрен вам в рыло. Сам всех положу. И будь, что будет. Есть предел защиты собственной жопы.

Меня пока зачищать не будут, в дом не попасть, а там томятся молодые орлы. Или наоборот, если девушка погибнет, а пленные умрут от голодания и обезвоживания, то виновник в ее смерти – я. Пальцами покажут и потычут.

Хотя…

Допрос Любимов второго лжесбэшника проводил лично, а тот его знал в лицо, по должности было положено, значит, нужен пока спецуре.

Этим немного унял паранойю.

Активировал сборщик.

Да, не пустыми собирались уходить товарищи от Петровича. По два миллиона мутагена и опыта, второго – почти сто тысяч, третьего – пятьдесят. Навыки даже не просматривал – некогда, около сорока штук, и самые плохие из них – редкие. Двенадцать красных модификаторов.

Запустил, запустил, в закрома Родины руку Синица. Или это компенсация?

Теперь и не спросишь.

…Мы не прошли и двух километров, как дружественная точка потухла, отображавшая бойца, замыкавшего колонну. И вышел тот на связь с респа примерно через минуту, через ASK.

– Пишет, сам не понял кто и как! – сообщил мне Любимов.

А дальше ровно, как про тот чертов остров и девять негритят, в десяток следующих секунд перед глазами погасли и остальные. Я держал разведчик поблизости, приготовился к бою, сканировал окружающее пространство.

Ни-че-го!

За мной сгрудились бывшие рабы, чуть вперед выступила девушка, рядом с которой моментально возникла тень.

– Короче, слушай сюда, –неизвестный уже держал ятаган с матовым лезвием у ее шеи, – Теперь понятно, почему твои бойцы бараны, потому что сам нубяра. Их, как видишь, я на ноль помножил…

Похоже это Глад. И почему подумал, что я лидер? Точно ведь, на мне броня на порядки лучше, чем на спецназе, поэтому и принял за командира. По статусу положена, типа.

– Меняемся? – продолжил тот, – Одна баба на жизнь вот этих всех? – обвел он толпу левой рукой с зажатым в ней вторым кинжалом, – Помешать ты мне не сможешь, я их, как волк в овчарне, всех буду резать. Головы в разные стороны лететь. И помни одно, у них нет больше жизней. Двадцать три человека в обмен на одного. Расклад в твою пользу. Мне нужна только дочь вашего Главного. Это мясо неинтересно. Скажешь, где она, и обещаю, никого здесь не трону…