Тот явился минут через десять. Эк, тебя припекло, бегом бежал или неподалеку отирался? С порога по-хозяйски осмотрелся, совсем, как его подчиненный до этого, впрочем пустое, пусть и огромное помещение его не впечатлило. Поморщился, а затем взгляд «безопасника» остановился на мне.

– Итак, рассказывай…

А сам, вальяжный, важный, как у первого пленного, ничего плохого для себя и представить не мог.

Он глава СБ, да кто осмелится на такую должность покусится в пределах поселения?

Ответ прост.

Я.

Поэтому улыбнувшись, отчего тот окончательно расслабился, на ускорении, к которым добавлялись и мощности эксозкелета наноброни, воткнул тому в шею навороченный шприц-тюбик со снотворным. Тот даже дернуться не успел. Обмяк, с глухим стуком опустился на пол.

А дальше проверенная схема – упаковка клиента, снятие ОВ, помощника и кибердоктора. Для допросов он мне не был нужен, да и время поджимало, поэтому даже приводить в сознание не стал. Все потом, после операции. И сначала я с ним поговорю. Посмотрел не сдох ли второй пленный. Нет, жив курилка. И будет жить. Только вонь ядренее стала, густая, густая. Глаза резала неплохо. Пришлось шлем активировать. Напоил СБэшника. И спать уложил. Рядом командира пристроил. На ласточках далеко не упрыгали бы, а с кляпами во ртах, путы при всем желании не перегрызли бы.

Подумал и сделал еще в конструкторе простенькую вентиляцию в камере. Не хватало еще, чтобы те на респ ушли не вовремя, задохнувшись.

Сообщил Любимову: «Алексеева нейтрализовал»

И ответ: «Ок. Через полчаса выдвигайся. Ждем в условленной точке».

А теперь вперед.

Двадцать минут и я на месте. Семеро их, восьмой я. Тезка со своей группой, командование над которыми перешло непосредственному руководству. Глава спецопераций решил тоже участвовать. Дело ответственное и важное. У каждого самая продвинутая броня в анклаве с возможностью мимикрировать на местности. Это новая разработка? Очки визуализации, кибердоктора, помощники, индивидуальное оружие. Подготовились неплохо, как и снабдили уже их.

И если все получится… Так, не «если», а все получится. Это позволит окончательно выйти из-под контроля Петровича Надежде. Никем не ограниченное развитие – огромный плюс.

Что это давало лично нам? У всех там уже дом.

Здесь огорчил Любимов:

– С твоей задумкой о передаче жизни, ничего не получится. Как я выяснил, если вычеркиваешь репликатор какого-то поселения из списка в ASK, где можно возродиться, то повторно его может внести только глава, при условии нахождения индивида в пределах купола. Индивидуального у заложницы нет, поэтому окажется снова в Тихом в случае гибели, – помолчал, пожевал губами, а затем жестко так добавил, – Мы сделаем все, чтобы спасти девчонку, но… при любых условиях она не должна попасть в руки хантеров живой. С террористами не договариваются. Их мочат. Всегда, везде, всюду. Это ясно?

И посмотрел мне внимательно в глаза, я молча кивнул, тот решил добавить.

– Пойми, там ее в любом случае ждет смерть. При любых раскладах, как бы в дальнейшем ситуация не складывалась, она там труп, – и не дожидаясь моего ответа, спросил, – Химию у Саныча взял?

– Да.

К худшему мы тоже подготовились.

Если дочь главного погибнет, то парочка моих пленных уйдет на респ сумасшедшими, пускающими слюни идиотами, от которых чего-то добиться будет крайне сложно, а точнее, невозможно. От тел избавиться при современных реалиях еще проще – пойдут на переработку. Все концы в воду. А Добрынин в любом случае от контроля освобождался, главное, нашу причастность не смогли бы доказать. Да, соломки подстелили.

– Поделись, – попросил тот.

Протянул ему двадцать карандашей ярко красного цвета.

– Тогда выдвигаемся, – скомандовал Любимов.

Да… Такой план псу под хвост. Так бы передал девчонке жизнь, затем ее на респ, она автоматом в Надежде здоровая, где ее бы приняли люди Любимова. А мы просто ушли бы. Растворились в ночи.

Только зачем понадобилась мозголом командиру группы здесь и сейчас?… Неясно.

Двигались мы быстро, с частыми остановками, спецназовцы готовили пути отхода, минировали местность, выбирали позиции для возможного отрезания погони. В общем, работали. А я только рот не открывал, как они все четко и ясно продумывали, ориентируясь в местных реалиях. И старался учиться.

Встретились две группы хантеров, ведущих пленных, но нас не заметили, а у меня скулы сводило, как хотелось разобраться с ними, кроваво и жестоко. «Великая» цель останавливала.

Ну, ничего, доберусь и до вас суки. Всех записал, всех запомнил.

Учитывая, что мы двигались скрытно, то и с тварями не повстречались, постоянно сканировали, обходили особо опасные места, на пути возможного следования вероятного противника тоже не выходили. Поэтому добрались без проблем.

Необходимое место, где должна была состояться встреча и передача заложницы – двор-колодец пятиэтажной сталинки, из окон которой виднелся купол поселения Тихий. Спецназовцы рассредоточились, а мы с Любимовым в это время наблюдали. Отметили возвращение группы из пятнадцати человек, десять из которых являлись явными рабами. Выделялись и отсутствием брони, только рабочая одежда. Да и на охранение пятерка сопровождавших молодчиков никак не походила, больше следила за подопечными, чем за окрестностями. Несколько троек хантеров, а две таких привели рабов. Первая, двух девчонок, вторая – здоровенного мужика. Явные новички, все со спутанными руками, а еще и в ошейниках.

Мда…

В двенадцать, как окончательно потемнело, отписался Синица:«Все идет по плану»

Ночь вступала в свои права. ПНВ работал отлично. Видимость обеспечивал метров на сто – сто пятьдесят. Просматривалось окружающее пространство пусть и не как в ясный солнечный день, а как в пасмурный. На большем расстоянии очертания размывались. Иногда его отключал и любовался небом, все же необычно видеть такие неестественно яркие и крупные звезды, которые теперь не скрывал смог, а также сотни огненных росчерков, похоже, падающего космического мусора, и тысячи спутников.