Барон Эдар Бретон, в кои веки проводивший выходные не на службе, сразу заметил изменившийся браслет на руке Алехно, хоть младший сын и старался не демонстрировать его. Наблюдательному Эдару хватило доли секунды, на которую браслет адепта ФБМ, плотно обхватывавший запястье Алехно, выглянул из-под опущенного рукава рубашки, когда молодой барон потянулся за хлебом. Но сразу комментировать увиденное не стал. Подождал, пока закончится обед, ушел в рабочий кабинет, а через полчаса вернулся в столовую, зная, что Алехно наверняка с головой ушел в изучение свежих газет.

Сын действительно был там. Поднял серые глаза на устроившегося напротив отца и вопросительно изогнул бровь.

— Алехно, ты ничего не хочешь мне сказать? — вкрадчиво поинтересовался глава императорской тайной канцелярии.

— Пишут, что в северных провинциях небывалый урожай яблок, зато не уродила рожь, — охотно ответил сын. Перелистнул страницу и добавил: — А еще сообщают о поимке банды контрабандистов. В остальном все спокойно. Границы Ардана крепки и нерушимы, император мудр и справедлив, граждане могут спать спокойно.

— И впрямь, — согласился Эдар. — Спать спокойно, разводить яблоневые сады, сеять рожь. И заводить семьи.

— А, ты об этом, — Алехно кивнул на запястье с браслетом. — Не беспокойся, отец, это временно.

— Любая помолвка временная, — философски заметил барон.

— Подробностей не будет, — отрезал Алехно, сверкнув упрямым взглядом. — Это мое личное дело. Помолвка временная.

Эдар кивнул и поднялся. Он услышал все, что хотел. Проходя мимо сына не удержался и взъерошил тому волосы на макушке. Как быстро и незаметно младший повзрослел… Еще недавно под стол пешком ходил, а сейчас, того и гляди, внуками осчастливит раньше, чем старшие братья.

— Если твое временное вдруг попытается перерасти в постоянное, скажешь, что-нибудь придумаем, — произнес он. — У каждой попавшей в беду девы могут отыскаться родственники, имеющие свой взгляд на происходящее.

Алехно молча кивнул. Реакция отца была ожидаемой. Скорее, он удивился бы, не заметь тот изменившегося браслета. Судя по последней фразе, Бретон-старший еще и прекрасно понял, с кем именно и по какой причине сын заключил помолвку, но осуждать и упрекать в излишнем благородстве не стал. Алехно был благодарен ему за понимание и неизменную поддержку. Он успел узнать столичное высшее общество достаточно хорошо, чтобы заметить: отношения, которые царили в его семье, были редкостью. Чаще аристократы заключали союзы по расчету, и речи о доверии даже не велось. Молодой барон искренне надеялся, что сумеет создать такую же семью, как та, в которой вырос, где каждый будет уважать и поддерживать друг друга. И был почти уверен, что не сумеет отыскать невесту в столице.

Этим вечером Алехно вернулся в академию чуть раньше, чем обычно. На втором курсе, учитывая возросшую учебную нагрузку и дополнительные занятия, они с друзьями уже не могли позволить себе собираться чаще, чем два-три раза в неделю. Дана на вечерние посиделки приходила еще реже, предпочитая проводить свободное время с супругом. И ребята ее не осуждали. Самым забавным, на взгляд Алехно, в этой ситуации было то, что чаще всего им удавалось пообщаться именно на боевке у Атора. И, пожалуй, их команда ждала "полевых" занятий больше всего. Как-то само собой сложилось, что обычно всю группу к заданной цели вел Алехно — оспаривать его лидерство желающих не было. Хотя изобретательный Атор периодически устраивал группе марш-броски в формате "каждый за себя". Но сегодня был один из тех редких вечеров, когда всей компании удалось собраться вместе.

— Вот это номер, — звонко воскликнул Феб, увидев задорно переливающийся огоньками браслет на запястье Бретона. — И молчал ведь. Поздравляю, что ли.

— Полагаю, поздравления тут немного излишни, — негромко произнес Ниэль, пристально вглядываясь в лицо Алехно. — Друг мой, я верно думаю, что это, — он кивнул на переливающийся браслет, — результат благородного жеста с твоей стороны, и не более того?

— И приз за сообразительность достается маркизу де Рену, — с улыбкой хлопнул в ладоши барон.

В комнате на несколько секунд повисло молчание. Друзья переглядывались между собой, но никто не хотел высказываться первым. Алехно терпеливо ждал, догадываясь, о чем пойдет разговор. И не ошибся.

— Алехно, ты не обижайся, я прямо скажу, — пробасил Маттис, решивший высказать общее мнение. — Сдается мне, Делавент в нашей компании будет лишней. Скользкая она, что угорь. Не верю я ей.

Феб и Террен кивнули в знак согласия. Ниэль молчал, рассматривая узор на занавесках. Лидана теребила рукав, не поднимая глаз.

— И не надо, — спокойно согласился Бретон. — Все, что я хочу сделать для Айи, это показать ей, что общение хотя бы в рамках учебного корпуса может строиться не только на желании получить какую-либо выгоду. Поймет и сумеет перенести на другие сферы жизни — ее счастье. Нет, значит, нет. Мои две мили на этом заканчиваются.

— Ставить подобные рамки жестоко, — покачала головой Дана. — У нас с Айей были… некоторые разногласия, но она не такая уж высокомерная, какой пыталась казаться. Просто избалованная.