— Верно.

— Он чувствует себя… невольником?

— Ему внушили, что он должен таким быть. И он поверил. Это его правда. Как думаешь, как выглядит его душа его глазами?

— Наверное, она… я не знаю. Но очень хочу знать.

— Она сломана. Закована в цепи. Внутри себя он выглядит вот так, — Ярый посмотрел на Лизу, и тот час ее руки, ноги, все тело целиком оказалось закованным в звенящие цепи и тяжелые кандалы. Металл давил на грудь так, что стало тяжело дышать, от холодных прикосновений звеньев по телу побежала дрожь.

Лиза выдохнула, закрыла глаза, подняла руки, встряхнула их — и цепи с грохотом упали вниз.

— Но их же легко сбросить, — заметила она.

— Тебе легко. А он — не ты. В него они вросли. Они — его часть. Он их сбросит. Он их уже сбрасывает. По кусочку. Звено за звеном. С кусками душевной плоти. А это больно, девочка.

— Почему ты ему не поможешь?

— Этим занимается лекарь. Я могу только подтолкнуть. Я подталкивал. Но до выздоровления еще далеко.

— Почему?

— Потому что основную работу он должен проделать сам. Но он не хочет. Не может. Не верит, что сможет — он уверен, что не сможет. Он не готов.

— А как его подготовить?

— Так же, как я готовлю тебя. Постепенно. Чтобы со временем он сам захотел сбросить их.

— А как именно?

— А ты подумай, может, и придумаешь.

— Порой ты очень вредный кот! — в сердцах возмутилась Лиза.

— Так и есть, — Ярый равнодушно пожал плечами. — Вернемся к образам.

— Да-да. Конечно. Продолжай.

— Второй тип образов — сознательные. Те, которые ты создаешь сама, по желанию. Давай потренируемся. Открой мне мысли. Ненадолго. И попробуй представить что-нибудь. Я создам образ того, что ты представишь.

— Цветок можно?

— Что хочешь.

— Так, хорошо… пусть это будет роза. Хотя нет, не роза, а ромашка.

На белом пространстве вырос цветок. Лиза присела рядом с ним и поморщилась — ромашка больше походила на детский рисунок, разве только что объемный. Белая, с идеально симметричными лепестками, с гладким желтым кружком посередине и на прямом, ярко-зеленом, стебле.

— Девочка. А листья у ромашек есть?

— Есть, — на цветке выросли листочки.

— Они точно похожи на идеально ровные капли? И прямо из стебля растут? А прожилки у них есть? Края? Рваные или вот такие? Или они совсем не такие?

— Я… не помню.

— А стебель? Он у нее гладкий или шершавый? Покрыт волосками или шипами? Прямой или извилистый? Или она кустом растет? И точно ли такого зеленого оттенка? А лепестки? Однослойные или нет? Тычинки? А запах у ромашки какой?

— Как же все непросто… — Лиза всеми силами старалась вспомнить, как именно выглядит ромашка, но цветок почти не изменился.

— Просто будь внимательнее снаружи. Смотри вокруг, трогай предметы, запоминай. Создать свой мир непросто. Надо точно знать, как выглядят предметы, примечать мелочи. Вода. Какая она?

— Прозрачная. Мокрая. Она течет, — неуверенно ответила девушка. Перед ней разлилась лужа. Девушка вспомнила кое-что еще, и на поверхности воды появилось рябое отражение и ее, и Ярого. Девушка потрогала ее пальцем — и постучала, как по стеклу. Добавила еще одно свойство, и палец погрузился в лужу.

— Уже лучше. Теперь, смени свой привычный образ на другой. Можешь закрыть мысли. Со своим образом во мне ты можешь делать что угодно. Он целиком твой и от меня и моего желания не зависит.

— Прямо сейчас?

— Да.

— А я готова?

— Готова. Это просто. Надо знать, что у тебя получится, и хотеть этого. Приступай.

— А во что?..

— Во что хочешь. Давай, — он исчез, появился за спиной девушки и прижал ее к себе за плечи. — Закрой глаза. Расслабься. В первый раз не всегда получается сразу. Это нормально. Представь то, чем ты себя ощущаешь. Четко. Представила? — Лиза едва заметно кивнула. — Теперь перестройся. Просто знай, что у тебя получится. Ты — то, что ты представляешь. Давай. На счет три открой глаза. Готова? — Лиза еще раз кивнула. — Три.

Лиза выгнула трубой хвост, пошевелила усами и раскрыла глаза. В зеркале напротив отражалась рыжая лисичка с бусинками-глазами, маленькая, слишком пушистая и слишком яркая, как игрушечная, и девушка поверить не могла, что там она и есть.

— У тебя получилось, — вальяжно прошел вокруг нее кот.

Лапкой Лиза поиграла с его хвостом. Шерсть кота встала дыбом и он грозно зашипел, выпустив когти. Лисица рассмеялась и отскочила назад, скаля острые, как иглы, зубы, а после быстро юркнула в высокую траву. Кот поступил умнее — он просто убрал всю поляну, и спрятавшаяся было лиса недовольно проворчала: