– Ты пахнешь как задница мокрой и грязной собаки!
– ее племянники тоже проснулись.

Нужно умыться и почистить зубы, чтобы ее фальшивая улыбка, которую она прилепит к своему лицу, была по-мятному свежей. Это была роль, с которой она довольно хорошо справлялась в течение последних трех месяцев – с какими достоинством и силой женщина средних лет справлялась с распадом брака.

Никто не видел, как она лежала на холодном кафеле ванной комнаты после того, как проплакала так долго и так сильно, что ей стало плохо. Никто не знал, что ей пришлось съехать на обочину недалеко от продуктового магазина, когда ей пришла в голову мысль, что Эвану нужен дезодорант, а следом свежее напоминание о том, что это больше не ее проблема. Теперь ему придется самому покупать его, потому что он оставил ее.

– Ах так? Ну а ты пахнешь как потные яйца!

– Роберт Джозеф Ковальски!

Терри вздохнула и вытерла свои слезы краешком одеяла. Пора вставать и столкнуться с фактом, что она приблизилась еще на один день к звонку адвокату по разводам.

Когда она, наконец, вышла из трейлера, то обнаружила нашествие саранчи в самом разгаре и маму, которая по-родительски и всезнающе ее осмотрела. Ей придется постараться, чтобы не остаться наедине с этой женщиной, просто сегодня у нее не то настроение, чтобы обсуждать любую возможность примирения с Эваном.

Она никак не могла заставить себя произнести слова вслух: “Он просто больше не любит меня, и я не могу заставить его это делать”.

Знакомая процедура кормления орды Ковальских помогла немного восстановить равновесие, но она ощутила растущее желание дать подзатыльник Кэри Дениэлс сковородой для блинов.

Она, вроде как, заключила мир с этой женщиной, но то, насколько легко Кэри общается с Кевином и Джо, как они беззаботно смеются, медленно убивало ее изнутри.

Конечно, с Кэри было весело. Женщина не имела никаких других обязательств, кроме как заботиться о себе. У нее даже не было домашнего питомца.

Они бы и не подумали, что с ней легко расслабиться, если бы она пилила их за грязное белье, полные пакеты мусора и гараж, набитый барахлом, из-за которого она не могла нормально поставить машину. С Терри тоже было бы весело, если бы ей не пришлось заниматься хозяйством и наряду с этим работать, быть в курсе дел Стефани и помнить о всем, что необходимо сделать в течении дня.

– Испепеление взглядом работает только в фильмах, Тереза, - сказала ее мать.

Терри оглянулась, понимая, что она застряла возле кофеварки наедине со своей матерью. Лиза с мальчиками находились около стола для пикника, расставляя тарелки и накрывая на стол.

Дерьмо.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, Ма.

– Не ври мне, доченька. Я вижу, как ты смотришь на нее, и это несправедливо. Она не причина того, что ты несчастна. Виновно твое собственное упрямство.

Это что, что-то вроде недопонимания между поколениями?

– Не я бросила его, а он меня. Так почему же ты продолжаешь обвинять именно меня в этом?

– Я не виню тебя. Я разочарована тем, что ты не пытаешься поговорить с ним об этом. Что бы ни случилось, все еще можно исправить.

– Я не могу ... заставить его любить меня, мама.

Узел, скрутившийся в груди, заставил ее голос сорваться и, чтобы совсем не расклеиться, она сосредоточилась на добавлении сахара в свой кофе.

– Вам просто нужно по…

– Прекрати, - Терри с громким стуком уронила ложку, а ее руки сжались в кулаки.
– Я не могу разбираться с этим здесь, мама. Хочешь, чтобы я развалилась на глазах у всех? Хочешь, чтобы моя дочь, которая итак тяжело проходит через это, увидела, как я превращаюсь в хлюпающую кашу?

– Конечно, нет, дорогая, просто…

Терри ушла. Лишь это она могла сделать. Она обошла автофургон Майка и Лизы и направилась к своему. Заперев дверь, опустилась на пол и заплакала.

Джо не был уверен, что именно происходит, но со своей стороны сделал все возможное, дабы убедиться, что дети будут отвлечены и не заметят, что со взрослыми происходит что-то неладное. Даже Кэри подключилась, рассказывая им голливудскую историю, которая так поглотила Стеф, что та и не заметила, как ее мать отлучилась.

Потребовалось несколько минут, но ему все-таки удалось подловить свою мать одну.

– Что случилось, мама?

– Она отказывается даже рассмотреть возможность, чтобы разобраться с ситуацией с Эваном. Иногда в браке наступает трудное время, и нужно с этим работать, так как он не должен быть одноразовым.

– Ты должна прекратить мучать ее этим вопросом. С этим Терри еще придется разбираться дома, которой совершенно не нужно, чтобы ей тыкали этим в лицо все время отпуска.

– Следи за своим тоном, Джозеф. Я все еще мать в этой семье, даже если каждый из моих испорченных детей думает, что я не разбираюсь в жизни, - она скрестила руки и наградила его тем же упрямым взгляд, которым, как она жаловалась, смотрит ее дочь.
– Она несчастна, и ты знаешь, что происходит в таком случае. Она делает таким же несчастным кого-то еще, и несправедливо, что она собирается отыграться на Кэри.