Он берёт лучок и начинает безвкусно жевать.

«Ладно», - думаю. Встаю и произношу тост:

– За родителей, - дворф поначалу пугается. Слишком резко я встал, да ещё и за кинжал держусь. Но как услышал тост, сразу расслабился. – За родителей до дна, - уточняю.

– Правильно! – ухмыляется дворф.

– Не чокаясь, - напоминает Малк.

«А ну да, забыл что он сирота». Я выпиваю полную кружку алхимического самогона и, не выдыхая, закусываю кусочком сыра и ложкой холодца приправленного хреном.

– Ух, хорошо пошла, - улыбаюсь.

 Дворф с уважением смотрит на меня, выпивает свою и закусывает.

ГЛАВА 20

– А чего это мы без толку сидим, - хватаю бутылку и наливаю. Себе и дворфу побольше, Малку поменьше, на самом донышке. – За любовь, за прекрасных дам, – новый тост.

– За тебя дорогая, - Тверд улыбается и смотрит на свою жену, та улыбается ему в ответ.

«За Ашану», - мысленно произношу я. А Малк тоже себе что-то думает, интересно, что у него на уме, за кого он пьёт. Но пьёт так будто в последний раз. Трудно понять, что на душе малорослика, какие страсти там кипят.

– А чего это мы сидим, - снова вскакиваю я и наливаю. Глаза у дворфа округляются. – Давайте выпьем за нас, за мужиков.

– За мужиков, так за мужиков, – он закусывает огурчиком, я складываю себе пирамидку из сладких сухофруктов ржаного хлебушка, кусочка чеснока и сала, только лимончика не хватает, хотя я прикладываю к этому кислый маринованный лист похожий на капусту.

Наливаю Тверду побольше, себе средне, а Малку пару капель. Как раз доварились яйца, и хозяйка выкладывает их на стол. Беру в руки горяченькое яичко и начинаю чистить, перекатывая из руки в руку, чтобы не обжечься.

– Тебе почистить?
– спрашиваю Малка. Похоже, он не в состоянии ответить. Беру и чищу ему среднее яичко.

– Соль есть? – смотрю на дворфа.

– А откуда у меня в болотах соль? – пожимает плечами.

– Ладно, - снова накладываю себе под закусь всего разного, чего ещё не распробовал. Особенно хорошо для этих целей идёт вяленная струганина.

– А чего это мы сидим! – снова подрываюсь я и наливаю всем. Похоже, дворф не ожидал такого напора. Но, вижу, что отказаться он не может.

– Вы истинно благородный сэр, - говорит мне он. – Я уже в этом убедился. Я ещё не встречал ещё столь благородной души.

– А я же говорил, сэр Овидий светлый, - почти-что из-под стола лепечет Малк.

+++

Мы пьём до поздней ночи. Я уже выслушал историю семьи дворфов, где их старший сын похоронен и почему они оставили горы и переехали сюда на болота. Если верить словам Тверда – кузнец он первоклассный.

Малк давно отвалился и мы его на солому спать переложили, а сами вернулись за стол, за жизнь беседовать.

– Так тебе нужно оружие?
– наконец спрашивает дворф.

– Ага, чем можно было бы гидру зарубить, - киваю я, пережёвывая росток зелёного лука.

– А я поначалу не хотел тебе ничего продавать. Но ты голема победил, и своё высокое происхождение доказал, - кивает на почти уже пустую бутылку дворф.

– Кстати… - я ещё наливаю.

– Нет, - закрывает он ладонью свою кружку, – я пропущу.

– Как скажешь, как скажешь хозяин - барин. – Наливаю себе и залпом выпиваю. А потом выдыхаю, хочется почувствовать жжение в горле от благородного напитка.

– Закусывай, закусывай, - подгоняет меня дворф.

– Нет, - отвечаю. – Это я выпью без закуски.

Мой авторитет в его глазах растёт.

– Какое ты хочешь оружие, - говорит, - то, что у меня есть, вряд ли пойдёт на гидру. Для гидры надо что-то помощнее. – Говорит он почти уже в бреду.

– Эй, эй, - говорю. – Выйдем на свежий воздух, пока тебе не поплохело.

Выходим. На улице прохладно и небо звёздное-звёздное глубокое-глубокое, фиолетово-чёрное. А вокруг шумит ночное болото, летают светляки и ночные бабочки.

– Так и продрогнуть можно, - говорю. Гляжу на Тверда - стоит рядом и шатается.

– Может, пройдёмся, - предлагаю. – Только не выходя за частокол, там опасно.

– Можно, - соглашается он.

Вокруг хижины ведёт выложенная камушками тропинка, а за домом находится кузница и какое-то куполообразное здание с дырой в крыше.

– Обсерватория, - с гордостью говорит Тверд, ему заметно лучше на свежем воздухе. – Я раньше стеклодувом был, и линзы делала, а сейчас зрение уже не то, и я на металл перешёл.