Абра выдохнула:

— Господь никогда не перестанет меня удивлять.

Джошуа оставил ее и направился в дом:

— Нужно позвонить Джеку, чтобы он знал, что дом не сгорел дотла и ты не в больнице.

Больница.

Доктор Рубинштейн.

Ребенок!

— Джошуа… Когда закончишь разговор, я хочу кое-что тебе сообщить.

* * *

Зик сразу догадался по возбужденному голосу Джошуа, какую новость он хочет сообщить.

— Значит, я стану дедушкой.

— Да, сэр. Через пять-шесть месяцев. Точнее узнаем в среду после визита к доктору Рубинштейну. — Зик слышал, что Абра что-то сказала. Джошуа рассмеялся. — Абра уже говорит о том, что одну из спален нужно перекрасить. В зеленый или персиковый, чтобы подошло и для мальчика, и для девочки. А завтра она отправляется за детской кроваткой.

— Это правильно, нужно готовиться заранее.

— Кстати, о подготовке. К нам заходила Сьюзен Уэллс. Отгадай зачем?

Слава Богу.

— Она сообщила Абре, что она ее мать, — сказал Зик.

— Да, именно. — Тон Джошуа изменился. — У меня все утро было нехорошее предчувствие, и я позвонил домой. Абра не отвечала, тогда я примчался и обнаружил их в гостиной, я сразу определил присутствие дьявола, готового к пиршеству. Это была не моя битва, но я молился.

— Как Абра приняла новость?

— Она потрясена и сначала была готова взорваться, потом плакала, пока Сьюзен рассказывала свою историю. Не думаю, что кто-то из них ожидал, что Абра простит мать, но она простила.

— Слава Богу! — Зик почувствовал, как в нем растет ликование. Прощение — это свидетельство того, что жизнь посвящена Господу.

— Аминь. Плохо, что Сьюзен уезжает из города.

— Это она сама сказала?

— Абра попыталась ее отговорить. Но не знаю, удалось ли ей.

— Время покажет.

Повесив трубку телефона, Зик надел куртку и бейсболку и отправился в город, в кафе Бесси. Он зашел за угол и заглянул в окно. Бесси стояла за стойкой. Звякнул колокольчик, и женщина подняла голову.

Зик посмотрел на дверь кухни, но Бесси покачала головой:

— Если вы ищете Сьюзен, ее здесь нет. Она зашла недавно и уволилась. Так просто. Я была просто ошарашена. Я-то думала, что ей у нас нравится. — Она достала из кармана конверт: — Она оставила для вас это.

Сердце Зика упало, он открыл конверт и прочел короткую записку. Он сложил ее, положил обратно в конверт и сунул в карман.

— Что она пишет? — спросила Бесси.

— Благодарит. — Все остальные слова были предназначены только для него.

* * *

Старая сова, живущая на сосне на заднем дворе, разбудила Зика. Еще не было трех часов, но он все-таки встал. Быстро оделся в темноте, надел куртку и бейсболку и вышел из дома. Прошлой ночью ему снилась Сьюзен. Они снова сидели в кафе у Бесси и, как обычно, говорили о Боге, и тут в дверь вошла Марианн. Она улыбнулась и села с ними рядом. Зик молчал и слушал женщин. Марианн всегда знала, когда и что сказать, если у человека беда, но он не мог вспомнить ни слова, когда проснулся.

Сьюзен не возвращалась. Она отсутствовала уже месяц, и от нее не было известий. Она там совсем одна, Господи. Снова в опасности, снова страдает.

Зик в глубине сердца услышал ответ, Бог шептал ему слова утешения. Сьюзен не пропала; она в пути. Когда уехала Абра, Джошуа страшно мучился, а Зик уговаривал сына отпустить девушку и довериться Господу. Теперь Зику нужно принять собственный совет на свой счет. Господь знает, где сейчас Сьюзен и сколько потребуется времени, прежде чем она смирится и передаст Богу свою жизнь, испытав воскрешающую силу любви Иисуса. Сьюзен может убежать на край света, но не сможет скрыться от ласковой заботы Бога. Как не сможет скрыться от молитв Зика. Каждая из них будет вести Сьюзен к престолу всеведущего, вездесущего, всесильного Бога. Господь поведет ее Своим путем, то ли в Хейвен, то ли в Тимбукту. И сколько пройдет лет, прежде чем она это поймет?

Сердце Зика ныло. Враг обосновался в сердце Сьюзен.

Зик засунул руки в карманы и зашагал мимо домов друзей и соседей. Когда-то давно Джошуа подстригал у них лужайки.

Зик шел и молился. У Пенни, Роба и Пейдж все было хорошо. Они ждали второго ребенка. Он улыбнулся: они назовут его Полом или Полин на этот раз?

Зик продолжал свой путь и возносил благодарности за молитвы, которые были услышаны.

Голландец и Марджори открыли свой дом для вечерних занятий по изучению Библии по средам.