Она опустила голову:

— Я знаю, но…

Он приподнял ее подбородок:

— Все в этом здании думают, что мы любовники.

— И поэтому мы должны это делать?

— Я мужчина, Лина, не евнух.

Абра почувствовала, что эмоции и желание захлестывают его. Тихий шепот внутри подсказывал: «Беги». Но более громкий голос велел прикинуть цену, которую придется заплатить, если она сейчас уйдет. Разве она хочет оказаться без средств к существованию и бродить по Голливудскому бульвару, как многие другие девушки, которые приехали в этот город, пожирающий людей? Франклин предложил ей все, если она станет играть свою роль.

Она вдруг почувствовала, что должна сказать правду:

— Я не люблю тебя, Франклин.

— Пока не любишь. — Он произнес эти слова с полной уверенностью.

Возможно, она все-таки полюбит его. Она его уважает. Франклин ей нравится большую часть времени. Она застонала от пульсирующей головной боли. Он сказал, что даст ей что-нибудь от головной боли. И повел ее через прихожую в ее спальню.

— Просто полежи. Я сейчас вернусь. — Он принес ей таблетку и стакан воды, а сам присел на край кровати. — Мы никуда не пойдем сегодня. — Он провел кончиками пальцев по ее лбу. — Не заболей. Завтра вечером премьера. — Он медлил уходить, и Абра испугалась, что он поцелует ее. — Я дам тебе поспать. — Он встал и тихонько вышел.

11

Никто пусть не пойдет со мной, но я пойду;

И для меня пути назад не будет.

С. Сундар Сингх

Вопреки всем опасениям Абры, возле кинотеатра «Фокс Виллидж» собралось множество людей, желающих посетить премьеру. Они с Франклином подъехали на черном лимузине и вышли навстречу вспышкам фотоаппаратов и к микрофонам. Абра позировала в травянисто-зеленом атласном платье, а Франклин держал ее норковую накидку, потом она снова позировала с Томом Морганом, исполнителем главной мужской роли в фильме. Подошел Франклин и сказал, что пора заходить.

Фильм не был произведением искусства, но, судя по всему, большинству зрителей он нравился. Один критик обернулся к Франклину:

— Фильм, конечно, полная ерунда.

— Но? — Франклин ухмылялся, нисколько не смутившись.

Тогда критик рассмеялся:

— У тебя снова получилось, Франклин. Она может стать звездой. — Он подмигнул Абре и вернулся к просмотру фильма.

Франклин был в восторге от ее успеха. Они пошли на вечеринку, организованную продюсерами. Он поднял бокал с шампанским в ее честь:

— Молодец, Лина!

Абра нервничала и почти ничего не ела весь день, поэтому Франклин прошел к буфету и взял ей еду. Она поела и выпила еще бокал шампанского. Заиграл оркестр, и Абра пошла танцевать. Она осталась бы здесь еще на несколько часов, но Франклин заявил, что уже поздно, а завтра утром у них назначены встречи. Они вернулись в квартиру в приподнятом настроении.

Когда Франклин отпер и распахнул дверь, Абра вскинула руки и, вальсируя, зашла внутрь, она напевала «Апрель в Париже». Франклин рассмеялся, закрывая дверь:

— Нам нужно поработать над твоим вокалом.

Абра повернулась к нему и схватилась за лацканы его пиджака, чтобы не упасть:

— У меня успех, правда?

— Да. — Он наклонился и поцеловал ее. Она вздрогнула от неожиданности и отшатнулась. Он схватил ее, но быстро отпустил и, взяв за руку, повел через прихожую. Она остановилась у дверей своей спальни, но он подталкивал ее дальше — к своей спальне.

— Франклин…

— Ш-ш-ш… — Он снова поцеловал ее, стаскивая с нее норковую накидку, которую затем бросил на пол. Он на минуту отпустил ее, чтобы снять свой пиджак. — Лина… — Видимо, он что-то заметил в ее глазах, потому что перестал раздеваться, а принялся гладить ее лицо и шею. — Я не сделаю тебе больно. Клянусь.

И он сдержал свое слово. Ей не было больно. Но и никаких других ощущений тоже не было.

Когда все закончилось, он прижал ее к себе.

— Я хотел подождать. Хотел дать тебе больше времени. — Он вздохнул с облегчением: — В следующий раз будет лучше.

В следующий раз. Абра уже поняла, что пути назад не будет.

Дилан всегда отворачивался после того, как все было кончено, Франклин же крепко держал ее в объятьях. Когда он уснул, Абра попыталась встать. Он тотчас проснулся и вернул ее на место.

— Куда ты собралась?

— В свою комнату.

— Теперь это твоя комната. — Он подсунул руку ей под голову и уткнулся носом в ее шею. — Хм… Ты очень вкусно пахнешь. — И добавил, вздохнув: — Я люблю тебя, Лина, спи.

Она поборола желание высвободиться из его объятий и постаралась успокоиться. Он ослабил объятия, чтобы она могла повернуться на бок, оставив руку у нее под головой; вторая рука решительно легла сверху.

Абра лежала в темноте без сна, прислушивалась к его дыханию и чувствовала спиной тепло его тела.