– Что сделал?

– Настроил их друг против друга, заставил драться, поссорил так, что они больше никогда не общались и не могли объединиться против него. Хотя они сами этого не поняли. Я разговаривала с родителями тех мальчишек. И они, и их дети были уверены, что ссора началась из-за того, что кто-то у кого-то увел девочку, и там закружилось. Но ведь сама девочка все отрицала! Не было случая, были слухи о нем. А кто запустил те слухи?

– Ян?

– До этого так и не докопались, но я-то знаю правду. И ты знаешь. Он сумел обмануть и взрослых, и детей, а ему было всего десять лет. Для него это было только начало. Он сильно отличался от своего отца: Антуан при конфликте нападал открыто, а Ян просто управлял людьми, как марионетками.

Агата почувствовала мороз на коже – легкое, осторожное прикосновение страха. Она-то надеялась, что родная мать Яна подарит ей причину доверять ему, а не наоборот!

Но сама Майя, похоже, не боялась таланта своего сына.

– Ян избегал прямых столкновений не потому, что был трусом, – добавила она. – Он вырос сильным, как и его отец, он с детства спортом занимался, я за этим проследила. Он мог победить в любой драке, даже если противников было несколько. Но именно это его раздражало. Ян знал, что исход драки предрешен, и ему было скучно.

Агата начинала понимать, к чему она клонит.

– А манипулировать людьми сложнее, чем драться… Поэтому он шел сложным путем.

– Именно так. Он учился направлять людей, заставлять их выполнить его волю, даже если они не подозревали об этом, – подтвердила Майя. – Его не интересовало само чувство превосходства. Для него это были… эксперименты, что ли? Каждый раз новый опыт. Чем больше он достигал, тем большего ему хотелось. Поэтому когда он пошел по пути своего отца, я была готова к этому.

– То есть – пошел по пути своего отца? Что вы имеете в виду?

– То есть, не смог жить той жизнью, которой живут все. Учеба-работа-семья. Это было не для него. Как и Антуан, он интересовался только тем, что заставляло его пройти по лезвию ножа. Я не пыталась исправить его, знала, что это бесполезно. Я просто отпустила его. Когда он начал жить отдельно, я продала городскую квартиру и переехала сюда. Мне хорошо здесь. Ян иногда приезжает, говорит ровно столько, сколько хочет сказать, и уезжает. Мы с ним к этому привыкли.

– Вы не знаете, чем он занимается сейчас?

– Я и не хочу знать, потому что не знать в этом случае проще. Сон крепче будет. Я принимаю его любым, как принимала Антуана. Он мой сын, любить его проще, чем мужа. Ты приехала сюда, чтобы понять его, а я сразу предупредила, что это невозможно. Просто помни, что он сын своего отца, хотя и это не сделает его открытой книгой для тебя. Но что-то ты, надеюсь, усвоила.

Это верно, что-то изменилось. Теперь она не сомневалась: Ян помогает Екатерине Веренской не из-за памяти о Нине. Нина не могла по-настоящему заинтересовать его, как другие женщины не привлекали Антуана, пока он не встретил Майю.

Нет, у него другие причины. Он больше не десятилетний мальчик, который управляет безмозглыми дворовыми хулиганами. Он вырос – и ставки выросли. Он ищет то, чего не делал, не пробовал, не испытывал. Таких занятий остается все меньше.

Агате оставалось лишь разобраться: мог ли он убить человека, чтобы развеять собственную скуку, а потом устроить скандальное расследование, в котором он станет главным режиссером?

Когда она услышала, как открываются ворота, она была уверена, что это вернулась Агата. Пора бы, ее и так не было слишком долго! Поэтому Екатерина поспешила выйти на крыльцо, чтобы встретить свою гостью.

Автомобиль и правда оказался знакомым – но совсем не тем, что она ожидала.

Екатерина нахмурилась: Герман зачастил в ее дом, и ей это нравилось все меньше. Она знала, что племянник любит ее, пытается поддерживать, поэтому она терпеливо переносила все его нравоучения. Но ведь два года они повторялись лишь раз в месяц! А теперь он или звонил, или приезжал каждый день. Его упреки становились все агрессивней, Екатерина и забыла, когда последний раз видела его спокойным.

Хотелось развернуться, уйти в дом и запереть за собой дверь, но она сдержалась. Прятаться от Германа вечно не получится, нужно решить этот вопрос раз и навсегда. Потому что если племянник начнет давить на своего отца, убеждая, что у Екатерины нужно забрать и те жалкие остатки свободы, что были ей отмеряны, у него все может получиться.

Она быстрым шагом направилась к парковке, но застыла на дорожке, не в силах двинуться с места. Герман приехал не один. Он открыл заднюю дверцу, и из черного джипа выпрыгнула худенькая девочка в летнем платье.

Она стала такой высокой за эти два года… Только об этом Екатерина могла думать, глядя на нее, она даже забыла, что приехал Герман. Такая высокая, такая красивая, еще немного нескладная, как и любой подросток, но легкая и грациозная. На смуглой коже – россыпь забавных веснушек. Длинные каштановые волосы заплетены в косу – Екатерина сама ее этому научила. Как повзрослела, и как нечестно, что ей, Екатерине, не удалось это увидеть…