Но обратно на борт из экипажа никто не вернулся. Космолетчиков стала валить страшная болезнь. По телу шли бронзовые пятна, и человек впадал в неистовство. Местные крестьяне не были частыми гостями в космосе, и потому о бронзовой чуме представление имели самое отдаленное, а многие вообще не слышали, что это такое.

Затем начались и другие болезни, совсем не походившие на первую, что посеяло еще большую панику.

Два планетарных госпиталя (один в Фелуччи, другой в Бальбеке) работали только на одну четверть возможностей, так как персонала для них пока подобрать не удалось. Какому дипломированному врачу захочется ехать на планетку, где нет ни заработков, ни развлечений? 

В довершение всех бед, два полноправных врача Бальбекского госпиталя (если это недостроенное строение можно было так назвать) в тот момент, когда произошла первая вспышка нескольких болезней, находились в отлучке. Они отбыли на Бейд за медицинским оборудованием, которое губернатор Свен Ривз выделил для них абсолютно бесплатно. В целях благотворительности. Ривз любил меценатствовать, особенно когда это ему ничего не стоило.

Недоучившиеся студенты, оставшиеся за врачей, в ситуации не разобрались и упустили время. Болезни стали расползаться с катастрофической быстротой. Вирусы бронзовки и целого ряда других заболеваний от тропической лихорадки до кейсианской кишечной инфекциитеперь действовали во много раз быстрее и вместо традиционных трех-пяти дней стали проявляться через несколько часов.

В местном публичном доме, откуда собственно и начала распространяться бронзовка за сутки умерли все 56 проституток. Прибывший на место исполняющий обязанности врача так и не понял, что случилось. 

Болезни вышли в городской центр и стали косить людей одного за другим. Хорошо еще, что линия скученных поселений была небольшой. Когда число заболевших перевалило за три сотни, госпитальный персонал догадался объявить Ваал зоной бедствия и послать сигнал СОС…

….Блюмингейм проанализировал сообщение, полученное с Ваала.

«Похоже, что они подхватили тот набор вирусов, который «Пандора» собрала в пылевом скоплении. Очень похоже. Но откуда они взялись на Ваале? От них до пылевого облака, конечно, не очень далеко, но просто так вирусы туда попасть не могли. Остается только одно разумное объяснение случившемуся: какой-то из кораблей, летевших к Ваалу, скорее всего, подобрал ледяную глыбу с мистером Дустом. Они выпустили из бутылки джинна капитана Ханнера. А что будет, если я дам Ханнеру в руки еще более серьезное биологическое оружие? Да что там оружие!? Вирус, похоже, вышел из-под моего контроля и сам начал диктовать нам условия. И если в ближайшее время не разгадать его первичный штамм, то ситуация может стать необратимой. Надо что-то делать».

Он вызвал своих сообщников Занефа и Матиза.

–Господа, пришло время привести в исполнение наш план.

–Как? Прямо сейчас?! – спросил Матиз. – Я, в общем-то, не против. Состояние моего банковского счета меня вполне удовлетворяет. Но я серьезно опасаюсь реакции Ханнера. Он же взбесится!

–Я согласен с Матизом, – поддержал второго пилота Занеф.

–Предоставьте мне вести переговоры с нашим капитаном, – ответил Блюмингейм. – От вас требуется только присутствие и немая поддержка.

Все трое без приглашения явились в капитанскую рубку. Ханнер встретил их небрежным поворотом головы:

–Чем обязан? – глухо спросил капитан.

–У нас к вам неотложное дело. Мы требуем отставки, – и доктор кратко сообщил о выдвигаемых троицей условиях.

Ханнер слушал их молча, но на его лице стали проступать багровые пятна, выдававшие ярость капитана. Фигура командира «Пандоры» напряглась до безумия – он был готов в любое мгновение вцепиться пальцами в горло этому докторишке. Какие странные и невозможные вещи тот говорит! Блюмингейм ему еще нужен! Без него Ханнер не сможет овладеть тайной «космической чумы»! 

Когда доктор, наконец, замолчал, он спросил:

–Кто еще так считает?

Голос капитана Ханнера срывается на рык. Зрачки его глаз бешено вращались.

–Я высказал мнение принятое всеми нами на совместном совещании, – нагло заявил доктор.

 Блюмингейм прямо смотрел на капитана. Занеф и Матиз опустили глаза.

–Кто ещё считает, что нужно бросить столь прибыльное дело и уйти в сторону?

Доктор Блюмингейм не ответил своему капитану. Его мысли в этот момент «улетели» далеко в прошлое. В то время когда он только ввязался в это дело…

….Тогда в госпитале, где он работал, Блюмингейм не сумел отказаться от выгодного предложения завербоваться в экипаж «Пандоры». Еще бы! Он получил для своих исследований все: и деньги, и лучших консультантов, и роботов, и самое современное оборудование, какое можно было отыскать в Федерации. Любой специалист о таком мог только помечтать в сладких снах. 

Ведь даже самые престижные бейдианские лаборатории финансировались недостаточно. А в науке идея могла развиваться только в том случае, если она подтверждена материальной базой. И вот ему предложили подходящую базу! Мог ли он отказаться?