Наконец ноги мужчины перестали дрожать, и всё стихло. Ведьмы продолжали стоять вокруг него и смотреть, молча и терпеливо. Потом некоторые из них наклонились, обмакнули свои длинные кривые пальцы в кровь и поднесли их к губам.

Гвен начала отползать в сторону. По её лицу текли слёзы. Однако она не успела уйти далеко: одна из водяных ведьм подхватила её, словно пушинку. Гвен почувствовала, как её ноги оторвались от земли, и она повисла в воздухе, пока Саския приближалась к ней.

— Уходишь куда-то?

— Ты больная! — Гвен плюнула в неё. — Сумасшедшая!

— Боюсь, что нет. Мы просто выжившие, как и вы. Просто, очевидно, у нас это лучше получается.

Водяная ведьма отпустила Гвен, и та упала на землю, вскрикнув от боли. Она повернулась, но не смогла уйти далеко, будучи слишком слабой. Она отползла ещё на метр и остановилась, закашлявшись. Саския засмеялась.

— И, между прочим, из нас двоих больная здесь ты, помнишь?

— Почему именно здесь? — спросила Гвен, задыхаясь. — Почему Земля?

— Почему нет?

— Потому что мы здесь живём. Человеческая раса. Это наша планета.

— Это ненадолго.

Гвен улыбнулась и хихикнула, падая на колени.

— Что здесь смешного? — поинтересовалась Саския.

— Ничего. Это просто… — Гвен снова засмеялась. — Это просто… не могу поверить, что пришельцы завоёвывают Землю… начиная с Кардиффа.

— Я рада, что тебя это так забавляет.

Гвен перестала смеяться и, резко посерьёзнев, закусила губу.

— Нет, нет, ты права, это не смешно, — сказала она. — А вот это — очень даже.

Она подняла пистолет и нажала на спусковой крючок. Выстрел эхом разнёсся вокруг, из дула вырвался огонь, осветив водяную башню, как вспышка фотоаппарата. Саския отпрянула, сбитая с ног пулей. Вероятно, это был не смертельный выстрел — у Гвен не было возможности хорошо прицелиться. Ей лишь удалось добраться до того места, где, наполовину скрытый в тени башни, лежал её пистолет, схватить его выстрелить. Но этого было достаточно. Другие водяные ведьмы шокированно зашипели, машинально оборачиваясь к своей предводительнице, когда она отшатнулась назад.

А потом Гвен побежала в сторону дороги, продолжая стрелять в ведьм. Ей было всё равно, попала ли она в кого-нибудь из них; она просто хотела создать шум, поднять панику, привлечь внимание окружающих. Она не могла справиться с этим в одиночку.

Тошико ввела иглу в предплечье Джека и нажала на поршень. Когда содержимое шприца поступило в его кровь, Тош подняла на него взгляд.

— Всего лишь небольшой укол, — сказала она с застенчивой улыбкой.

— Я знал, что ты это скажешь, — прохрипел Джек. Он попытался улыбнуться в ответ, но у него не было сил. Вместо этого он закрыл глаза и со вздохом откинулся на спинку кресла.

Тошико закусила губу, задумчиво глядя на шприц для подкожных инъекций.

— Что это было? — спросил Оуэн. Он пополз по полу, судорожно кашляя, слишком слабый, чтобы встать на ноги. Его глаза покраснели, а кожа вокруг них приобрела землисто-серый цвет. Он, как и Тошико, знал, что каждый новый приступ кашля может стать началом конца. Его губы были покрыты коркой густой запёкшейся крови.

— Это коктейль, — ответила ему Тошико. — Антибиотик широкого спектра действия, смешанный с рвотным средством и ещё одним небольшим дополнением.

— У антибиотиков мизерные шансы, — прошептал Оуэн. — Рвотные средства не помогут. А что за небольшое дополнение?

— Эстроген.

Несмотря на ужасное самочувствие, Оуэн всё же приподнял бровь:

— Женские гормоны? Джек будет рад.

Тошико оглянулась на Джека. Он не двигался и слабо дышал. Он был бледен как никогда, вокруг глаз залегли глубокие тени, щёки ввалились. Тош никогда не видела, чтобы он так плохо выглядел.

— Надеюсь, что смеси окажется достаточно, чтобы ослабить гомункула и заставить его выйти раньше положенного. Таким образом он, возможно, не сможет убить хозяина.

Оуэн с усилием приподнялся на локте и начал закатывать рукав.

— Введи мне это тоже.

— Я не могу, — возразила Тошико. — Это просто эксперимент. Джек рискует за тебя.

— Тош… мы не можем позволить себе ждать… — Оуэн дышал тяжело, с хрипом и свистом. — Если Джек может воспользоваться своим шансом… то мы тоже должны.

Тошико помогла ему сесть.

— Шансы на успех — один к трём, Оуэн. Это не такое уж большое преимущество.

— Один к трём? Я бы сказал, что это прекрасные шансы. Джек, Йанто и я. Один из нас сделает это. — Оуэн кашлял, сплёвывая мокроту на руки и колени, и поднимал и опускал одну руку, пока вены не начали выпирать, словно провода.